Славушка и соляной камень

Но и того волчице хватило с лихвой – загорелась ее шкура, по всему телу боль нестерпимая разлилась. Крепко приложилась грозная хищница о ствол древа, грузно упала оземь да и бросилась наутек – только скулеж ее и слышен был.

Славушка поднялся с земли и глазами, полными восторга, на меч свой полыхающий взглянул. Горел тот меч, словно только его из печи доменной вытащили да ковать собирались. Только горел он не алым, а синим пламенем. Странным тот огонь был. Горит, лезвие, гарда, рукоять, а Славушка этот полыхающий меч в руке держит, и огонь его не берет.

Волчице полшкуры спалил, а ему самому хоть бы что. И еще невесом тот меч был, словно тростинку держал его мальчик.

– Вот так невидаль! – вслух подивился герой. – Только вот о мече подумал, как камень простой в него и превратился.

Не успел он припомнить, как камень тот выглядел, как оружие его грозное вспыхнуло светом ярким, да так, что Славушке зажмуриться пришлось. А когда он вновь глаза открыл, в руке уже снова камень лежал. Обычный белый камень, каких сотни на берегу Волыни отыскать можно.

Поднял мальчик взгляд наверх – совы и след уже простыл.

Ничего понять Славушка не мог. Что это сейчас было? Что за сова? Что за камень такой дивный? Спасибо, конечно, за подарок такой, да только что это за колдунство такое лихое? Не черный ли Бес над ним потешается?

Вдруг из берлоги стоны послышались, это Мареська, видно, очнулась.

– Славушка! – позвала она слабым голосом. – Братец, ты где?

– Выходи, Мареська! – тихо ответил Славушка, камень диковинный за пазуху пряча.

 – Прогнал я волка.

Мареська осторожно выползла из-под коряги, на ноги встала и на Славушку глядит.

– Что тут произошло? Я вся холодная, ноги дрожат.

– Ты со страху во тьму провалилась. И не мудрено – чуть нас волк тот не сожрал.

Мареся поглядела на брата недоверчиво.

– А ты как живой остался? Как волка-то прогнал?

Подбоченился Славушка, приосанился да заявил деловито:

– Не девичьего ума дело, как воин ворогов бьет.

Побил да прогнал. Какая разница, как именно?

– И действительно… – прошептала Мареся и заплакала.

Бросился к сестрице Славушка, обнял ее, родную, и к груди прижал.

– Ну все, все… Ушел волк. Не скоро еще раны залижет.

Славушка успокаивал сестрицу, а та еще пуще рыдала. Только сейчас они оба поняли, что на волосок от гибели верной были. И если бы не камень тот волшебный, если бы не сова та странная, быть бы им обоим сегодня волчьей пищей.