Из Тени и Тумана

У нее были блестящие светлые волосы до талии и глаза цвета свежего кровоподтека, что было странно для смертной, поскольку у большинства из нас были карие радужки. Фигура у нее была тонкой, а декольте – пышным. На королеве было фиолетовое платье до пола. Сшитое из тончайшего шелка, оно словно служило ей второй кожей.

Морган пояснила:

– Во время ритуала, предшествующего Иэ, действующая королева отдает тебе приказы и диктует, как подготовиться. Она должна убедиться, что ты готова к своей новой роли.

– А могу я…

– Нет, – холодно ответила королева.

 – Тебе нельзя говорить. Возражать тоже нельзя. И противиться моим требованиям. Но ты можешь залезть в ванну.

Поджав губы, я уставилась на королеву. Моя мать была права. В глазах этой женщины было одно только превосходство, полное ненависти. Ни следа человечности, сострадания или любви. Если когда-то она и восстала против фейри, то уж точно не сейчас.

Она сама стала одной из них.

– Почему ты такая? Разве ты не помнишь, как он обращается с теми, кто живет в Тейне? Что он с нами делает? – сжав руки в кулаки, спросила я.

Она приоткрыла губы и зашипела, резко повернувшись к Морган.

– Что все это значит? Я же строго-настрого приказала дать ей понять, что она не смеет раскрывать при мне рта.

Морган побледнела и судорожно сглотнула.

– Прошу прощения, госпожа. Я предупредила ее, но вы же знаете, какими они бывают. Им трудно привыкнуть. Вы же помните, как это было… в последний раз.

Я нахмурилась.

– Мне плевать, что им трудно привыкнуть.

Она – моя служанка и должна выполнять все, что я велю. До свадьбы ее желания – ничто. И чем быстрее она это поймет, тем лучше. Иначе я расскажу королю.

Морган снова ко мне повернулась.

– Залезай в ванну, Тесса.

Под ее взглядом у меня по спине пробежал холодок. Этот взгляд слишком хорошо передавал ее чувства. Я напортачила, а Морган ничем не сможет помешать королеве свершить правосудие, которое она сочтет необходимым.

Поэтому я залезла в эту дурацкую обжигающую ванну.

И не дрогнула, когда королева потребовала отрезать дюйм моих волос. Не закричала, когда она привела солдата, чтобы нанести мне на поясницу одноглазого дракона Оберона – что-то вроде клейма, помечающего меня как его следующую невесту. Игла с чернильным наконечником оцарапала мою кожу как нож, но я даже не дернулась. Я не позволю ей меня сломить.

И я ни слова не произнесла, когда королева приказала Морган сократить мой рацион питания.