Книга Призраков

Бетти полностью пришла в себя, повеселела, ее румяные щечки обрели прежний здоровый цвет. Они с тетей сидели в столовой, когда он приехал.

Капитан выразил сочувствие и одновременно удовлетворение по поводу того, что недомогание оставило ее так быстро.

– О, – сказала девушка, – я в полном порядке. Все прошло. Мне не нужно было вчера оставаться в постели, но тетя настояла. Завтра мы собираемся вернуться в наше поместье. Вчера тетя была испугана и думала, что наше возвращение придется отложить.

Леди Лейси поднялась, оправдавшись тем, что ей необходимо проследить за упаковкой вещей, и вышла, оставив молодых людей наедине.

Когда за ней закрылась дверь, капитан Фонтанель подхватил стул, подсел поближе к девушке и сказал:

– Бетти, вы не можете себя представить, каким счастливым я себя почувствовал, когда вы приняли меня. В лодке у меня не было времени, иначе я сказал бы вам все, что намерен сказать сейчас; вы собираетесь возвратиться в Девоншир, и у меня не будет другого случая переговорить с вами с глазу на глаз, но вы были так добры ко мне, согласившись принять меня, что я рассчитываю услышать от вас «да».

– Я… я… – запинаясь, произнесла Бетти.

– У меня было мало времени, я торопился, и сегодня я пришел сюда, чтобы повторить сделанное мною предложение и чтобы убедиться, что я могу рассчитывать на счастье. У вас было время подумать, и я верю, что вы не передумали.

– О, вы так добры, вы так внимательны ко мне!

– Дорогая Бетти, послушайте, что я вам скажу! Я перед вами – бедный, несчастный, трепещущий, – и у меня есть причина так говорить.

Вложите вашу руку в мою; это будет короткое признание солдата, подобно Генриху V и прекрасной Девы Франции. «Я не знаю разных любовных ухищрений, а прямо говорю: «Я вас люблю», и если вы меня спросите, искренне ли, я отвечу – да, но если вы потребуете от меня еще излияний, то пропало мое сватовство. Отвечайте же мне поскорее. Ударим по рукам, и дело с концом. Ну, что вы мне скажете, леди?»[2 - Шекспир «Генрих V», пер. Е. Бируковой. ] Надеюсь, я процитировал правильно?

Робко, застенчиво, протянула она свои пальчики, и он сжал их. Она немного подалась назад, потупилась и сказала:

– Но прежде я должна вам кое-что сказать, нечто очень важное, что, может быть, заставит вас изменить свое намерение. Я не вправе утаить это от вас, вы должны все узнать, прежде чем примете окончательное решение.

– Чтобы заставить меня это сделать, я должен услышать что-то поистине ужасное.

– Это и есть ужасное.