Книжный на маяке

Рэйчел рассматривала подругу: модная стрижка на седых волосах, худощавая фигура, черные льняные брюки, черная водолазка, массивные серебряные украшения. Рэйчел нравилось, что Иди всегда стильно выглядит; ей нравилось ее лицо, яркие зеленые глаза и острые скулы, которыми, казалось, можно было резать камень. Было несложно представить Иди лет в двадцать пять – та наверняка всегда была одета по последней моде и выглядела сногсшибательно. Откуда у нее такая грация, такая уверенность в себе? Рэйчел никогда не умела держаться с подобным достоинством и восхищалась женщинами, которым это удавалось.

– Сходи с ним куда-нибудь, больше ничего не прошу, – сказала Иди, обошла верстак с пустым бокалом в руке и потянулась за бутылкой. – Хуже не будет. Я заметила, как ты на него смотришь, когда думаешь, что вас никто не видит. И ничего такого в этом нет, Рэйчел. Обаятельный парень, с чувством юмора, красавчик… Чего ты ждешь?

Рэйчел задумалась: как бы ответить, чтобы себя не выдать? С тех пор как Тоби появился в Ньютон-Данбаре, он каждый день приходил в книжный магазин на маяке, и каждый раз, увидев его на пороге, она невольно радовалась его присутствию.

Это было нелепо, и она пыталась это скрыть, но постепенно ей становилось все сложнее изображать безразличие, ведь Рэйчел начала подозревать, что его тоже к ней тянет. Пару раз, пробивая ему книги, она поднимала взгляд от кассы и видела, как он поспешно отводил глаза, словно боялся, что она заметит.

Несколько раз ей казалось, что он хотел пригласить ее на свидание, даже открывал рот, но тут же передумывал.

В такие моменты Рэйчел испытывала облегчение – сразу после краткой вспышки разочарования, заполнявшей ее сердце, когда приглашения не поступало. Так будет лучше, думала она. Ее полностью устраивала нынешняя жизнь: разве не достаточно она настрадалась, чтобы очутиться там, где была сейчас? Зачем рисковать?

– Человек приехал работать, – с мягким укором проговорила она. – Я не хочу ему мешать. К тому же мы знакомы всего ничего!

– Пф-ф, – фыркнула Иди, и тут раздался звон бьющегося стекла и вскрик.

Рэйчел резко повернулась и увидела разлетевшиеся во все стороны острые осколки и брызги вина: бокал упал на керамическую плитку и со страшным дребезгом разбился.

– Жива? – спросила Рэйчел, обходя стороной осколки и винную лужу, и направилась к раковине за тряпкой.

– Жива, – ответила Иди с досадой. – Он просто выскользнул! Черт.

Они убрали осколки, Иди пошла за новым бокалом.