Когда поют деревья

Заглушая боль, он пристрастился к бутылке и кончил тем, что угодил на машине в овраг вместе с матерью Аннализы – пусть и не намеренно.

– Ну и ну, похвальная внимательность к деталям, – разглядывая рисунок, заметила Джеки. – Очень неплохо.

– Спасибо, – пробормотала Аннализа.

Очень неплохо… значит ли это, что в галерею возьмут хотя бы несколько ее картин?

Перелистнув страницу, Джеки задержалась на рисунке, изображавшем похороны родителей Аннализы. С высоты птичьего полета были показаны друзья и многочисленные родственники погибших.

– Ты предпочитаешь реализм? – Джеки обернулась к Аннализе, отрывая ее от воспоминаний. – Я вижу, что ты не боишься рисовать правду. Весьма серьезные темы… если не сказать мрачные. Это ведь ты на рисунке?

Аннализа нервно переплела пальцы и стиснула их в замок.

– Два года назад я потеряла родителей.

Джеки положила руку на подлокотник ее кресла и извинилась.

– Прошло уже много времени. Теперь я гораздо меньше об этом думаю, – солгала Аннализа. Перед глазами стояло, как бабушка ждала ее возле школы в Бангоре, чтобы сообщить вести.

Вежливо выдержав паузу, Джеки вновь перелистнула страницу.

– Все-таки детали подмечены удивительно точно. Заметно, что ты рисуешь не первый год.

– Я рисую всю жизнь, – подтвердила Аннализа, надеясь, что ей зачтется опыт.

Джеки бросила на нее взгляд и перешла к следующему рисунку.

– Прямо молодой да Винчи, – заметила она. – Тебе нравятся его картины?

Еще никогда в жизни Аннализе не делали такого щедрого комплимента. Ей захотелось с благодарностью броситься Джеки на шею.

– Я итальянка – как же мне не любить да Винчи?

Хозяйка галереи вновь углубилась в рисунки. Может, она увидит, что Аннализа вложила в них всю свою душу? Поймет, какое умиротворение она испытывала, воплощая эти образы акриловыми красками? Джеки права: многие рисунки мрачноваты, но что в этом удивительного? Ведь Аннализе редко выпадали светлые дни.

Досмотрев, Джеки аккуратно сложила рисунки обратно в папку.

– Что же мне с тобой делать? – задумчиво протянула она и посмотрела наверх, словно в поисках ответа.

Больше всего на свете Аннализе хотелось, чтобы миссис Бертон сказала, что считает ее замечательной художницей и что ее картинам самое место в галерее.