Когда поют деревья

 – Он скрестил руки на груди, пристально разглядывая картину Хомера. – Совершенно не в моем вкусе. Слишком абстрактно для акварели.

Аннализа опустила карандаш. Парень безуспешно прятал улыбку.

– Это не акварель, а масло, – поправила она.

– Аааа… – протянул он. – Вообще-то я скульптор, в красках не разбираюсь.

Аннализа изо всех сил старалась не смеяться его подначкам, но уголки губ так и расползались в улыбке.

– Скульптор? – переспросила она, опустив подбородок. – Что-то не верится.

– Тебя не проведешь, – подмигнул он.

Аннализа мимоходом задумалась, какой оттенок голубого подошел бы, чтобы нарисовать его глаза.

– Приятно познакомиться, Томас, но я занята.

Он заглянул в набросок, прежде чем она успела перевернуть блокнот.

– У тебя здорово выходит. Ты учишься в городе? Я бы с удовольствием посмотрел на другие рисунки.

– Не сомневаюсь, – с преувеличенной холодностью отозвалась Аннализа, сообразив, куда ведет этот разговор. – Спасибо, что рассмешил.

– Как тебя зовут? – словно не слыша, спросил он.

Аннализа закрыла блокнот и вставила карандаш в спираль, скрепляющую страницы.

– Я вижу, к чему ты клонишь, но ты зря стараешься, – ответила она, по опыту зная, что лучше не ходить вокруг да около. Сунув блокнот в сумку, Аннализа взяла папку и встала. – Хорошего дня.

Он вытянул руку, не давая пройти.

– А вдруг нам было суждено сегодня встретиться?

Если бы Томас не выглядел таким серьезным, она бы закатила глаза.

– Не знаю, как ты, – продолжил он, – а я верю, что однажды встречу любовь всей своей жизни. Чем скорее, тем лучше. И я хочу навсегда запомнить этот день. Что, если мы для того сейчас и встретились? Вдруг ты упускаешь редкий шанс найти любовь?

Аннализа смерила Томаса взглядом и поняла, что, несмотря на самоуверенность, он говорит искренне и от души. На минуту ей даже показалось, что он неплохой парень. Но эта мысль быстро исчезла. Кому как не ей было знать, сколько вреда бывает от мужчин с их любовью.

– Тогда я рискну его упустить.

Улыбка Томаса разочарованно погасла. Видимо, игра закончилась.

– Удачи, – с искренним сожалением пожелал он.

С трудом отведя глаза и повернувшись, чтобы уйти, Аннализа задела плечом стену и уронила папку на пол.

Томас кинулся помогать.

– Не сильно ушиблась? – Он наклонился за рисунками.

– Ерунда. – Аннализа покраснела, отбирая папку.