Когда поют деревья

Скоро из урны, стоящей посреди сцены, начнут тянуть синие капсулы с датами рождения и сравнивать их с цифрами на доске. Участники лотереи, облаченные в смокинги, с торжественными лицами ждали начала действия.

Аннализа отодвинула корзину с картошкой фри и жареными моллюсками. Тревога не давала ей есть, несмотря на аппетитный запах. Сегодня вечером будут тянуть не только дату рождения Томаса – под призыв попадают и трое ее кузенов. Хотя Томас заверял, что его колледж дает отсрочку, у Аннализы было неспокойно на душе.

Она приходила в ужас от одной мысли, что его могут забрать на войну.

До нее доходили слухи, что некоторые отсрочки аннулируются: во-первых, Служба призыва хотела беспристрастности, а во-вторых, из-за мощного антивоенного движения количество призывников заметно сократилось. Хотя Томас и утверждал, что Аннализа зря беспокоится, правительство могло в любую минуту отменить его отсрочку.

Александр Пирни, конгрессмен из Нью-Йорка, вынул первую капсулу. Аннализа обняла Эмму за плечи.

Жизни Томаса и многих других молодых людей были в буквальном смысле слова поставлены на карту. Аннализа годами слушала жуткие истории о солдатах, погибших на войне или получивших ранения, – еще задолго до того, как научилась их понимать.

Слева на столе, рядом со стаканом лимонада, у нее лежал листок с датами рождения всех кузенов. В отличие от Томаса, ее братья не могли полагаться на отсрочку. Небольшое число почти означало для них смертный приговор.

К счастью, Нино был пока слишком молод для лотереи.

Мистер Пирни протянул капсулу господину в черном костюме – скорее всего, из Службы призыва. Тот открыл капсулу и произнес в микрофон:

– Четырнадцатое сентября.

Эмма оглянулась, и Аннализа крепче сжала ее плечо. Девочка тоже ничего не ела. Аннализа подозревала, что ее отговорки, будто она перекусила перед уходом из дома, были враньем. Трудно обмануть того, кто и сам через все это прошел.

Кассиры и посетители кафе, обедавшие за столиками и стоявшие в очереди, замолчали.

Наступившая тишина кричала о том, что творилось у граждан Америки в голове с самого начала войны. Люди в кафе – да и не только в кафе, а и во всем Мэне и даже во всей стране – пытались делать вид, словно все происходящее – вполне нормально. Но ничего нормального тут не было. Тень войны коснулась каждого.

Аннализа бросила взгляд на листок с датами. Те, кого она любит, пока вне опасности.