Колибри

По этой причине, а вовсе не из чувства ностальгии – даже когда он заметил, что в семье у них нелады, даже когда семьи уже практически не было, – Марко Каррера с трудом расставался с вещами, среди которых прошла их жизнь: они были красивыми, остаются красивыми и будут вечно красивыми, – и эта красота была тем плевком, который надежно склеивал его мать с его отцом. После их смерти он даже займется инвентаризацией вещей, тщательно пересматривая предмет за предметом, с ужасом думая о перспективе их продажи (о необходимости «избавиться» сказал ему по телефону брат, заявивший, что и не подумает возвращаться в Италию) вместе с домом на площади Савонаролы, но, как окажется в результате, не избавится от них до конца своих дней.

С другой стороны, идеальный порядок, в котором отец содержал свои вещи – правда, надо заметить, не требуя подобного от других, но все равно абсолютный, пугающий и в конечном счете садистский, – сделал из Марко человека, пренебрегавшего своим внешним видом, тогда как мать несла ответственность за то, что он стал непримиримым противником психоанализа, а ведь именно учение Фрейда сыграет решающую роль в его отношениях с женщинами, поскольку судьба распорядится, чтобы всеми женщинами в его жизни, начиная с матери и сестры и заканчивая подругами, невестами, коллегами, женами, дочерями, каждой из них и всеми вместе заправляли различные школы психотерапии, дав ему как сыну, брату, другу, жениху, коллеге, мужу и отцу доказательство правоты его ранней догадки, а именно что «пассивный анализ», как он его называл, чрезвычайно опасен.

Но ни одну из его многочисленных женщин это не волновало, даже когда он принимался роптать. Ему отвечали, что любая семья, любой тип отношений представляют опасность для человека; считать, что психоанализ более вреден, чем, предположим, шахматы, – предвзятость. Возможно, они были правы, но цена, которую Марко Каррера заплатил, постоянно сталкиваясь с этой опасностью, давала ему право думать по-своему: психоанализ подобен курению – мало не курить самому, надо спасаться и от курильщиков. Вот только единственный способ спасения от психоанализа – просто отправиться к психоаналитику, но тут Марко не собирался сдаваться.