Королева у власти

Сердце пронзила резкая боль, словно ее извинения были услышаны, но не приняты. Не полностью. Но Фейт не могла винить подругу – не после всего случившегося. В конце концов, любое возражение может еще больше уронить ее в глазах друзей. И поскольку горечь утраты еще не утихла, казалось неправильным сейчас просить Марлоу о прощении. Возможно, было лучше отбросить свою неуверенность и насладиться моментом. Для жалости к себе и так будет предостаточно времени, когда она останется одна в своих покоях.

– Попытаться? – Фейт улыбнулась и посмотрела в глаза друзьям: – Я сижу с самыми дорогими мне людьми, Марлоу. Наслаждаться вашим обществом так же естественно, как дышать.

Она с облегчением заметила, как лицо подруги смягчилось и напряжение спало.

Фейт не предавала особого значения дню рождения, но Ник сделал ей самый драгоценный подарок, о котором она могла только мечтать, даже если проведет с друзьями всего ночь. Она пообещала себе придумать план, как убедить короля ослабить оковы и получить немного свободы хотя бы внутри королевства.

Она сделает все, о чем он попросит, за возможность быть с друзьями, ведь она обязана не сдаваться хотя бы ради них. После всего, что они сделали.

Джейкон наклонился вперед и привстал, чтобы взять кувшин и наполнить бокал. Но стиснул зубы и постарался скрыть боль, прижав руку к животу. Фейт посмотрела туда же и нахмурилась:

– Я думала, ты полностью поправился.

 – Она поморщилась при воспоминании, как Джейкон пострадал от рук бандитов, с которыми она по глупости дралась в Пещере, и с трудом сглотнула, прогоняя чувство вины.

– Так и есть. Но смертельная рана, исцеленная магией, все равно будет напоминать о себе время от времени, – усмехнулся он, скрывая боль.

Фейт стало не по себе.

– И как давно она болит? – выпытывала она, не веря в некий побочный эффект, тогда как несколько месяцев назад он был совершенно здоров.

– Не долго…

– Боль то проходит, то снова появляется, – перебила его Марлоу, бросив на Джейкона виноватый взгляд. – Но недавно стало хуже.

Фейт могла видеть молчаливый упрек в глазах Джейкона за то, что Марлоу выдала его. Учитывая его глупую самоотверженность и чрезмерную заботливость, Джейкон вообще не упомянул бы об этом, если бы не допустил ошибки, которую заметила Фейт.

– Беспокоиться не о чем, честно, – отмахнулся он.