Королевы бандитов

– О, привет! – с радостным удивлением выпалила она, словно они случайно столкнулись на рынке; Гита уже заметила эту ее неприятную привычку находить забавное во всем, даже в предумышленном убийстве. – Итак, какой у тебя план? – Фарах потерла ладони, и Гите почудилось, что весь ее дом наполнился суховатым шуршанием и скрипом.

Этот самый вопрос крутился у Гиты в голове уже несколько часов. Фарах рассчитывала на нее как на чемпионку по убийствам, ведущую со счетом один-ноль, а Гите уже давно надоело отстаивать свою невиновность.

Сказать людям правду означало попросить их поверить ей, но она никого ни о чем не желала больше просить в этой деревне и сейчас тоже не видела смысла что-либо объяснять – да и сомневалась, что это будет так уж легко сделать, поэтому самым что ни на есть заговорщическим тоном сообщила:

– Действовать нужно ночью. Все должно выглядеть так, как будто он умер во сне. И никакой крови – это негигиенично.

Гита прошла в дом, села на кровать, а Фарах, последовав за ней, опустилась рядом на пол.

– Ты тоже так сделала? С Рамешем?

– Тебя это не касается.

– Ладно. – Фарах вздохнула. – Значит, сейчас ты пойдешь со мной и… Или когда?

Гита прищурилась:

– Я сказала, что помогу тебе, но не говорила, что сделаю это за тебя.

– Но ты же умнее, чем я! У тебя все получится как надо, это точно, ты такая молодчинка, а я наверняка все испорчу!

– Если бы ты столько масла мазала себе на бутерброд, вместо того чтобы умасливать меня, не была бы такой костлявой, – хмыкнула Гита.

– Аррэ яар[23 - Здесь: Эй, подруга! (хинди, гуджарати). Часто используется просто как восклицание в различных эмоциональных контекстах.]! И в мыслях не было, я совсем о другом толкую. Просто хочу сказать, что ты-то ведь уже убивала, тебе не впервой, ты лучше справишься!

– Твой гребаный муж – ты и убивай.

Фарах опять невольно поморщилась, услышав от Гиты грубое слово, но промолчала и покорно побрела за ней на улицу. С фонарем в руке Гита повела ее подальше от открытых водных каналов и главных улиц, на окраину, куда все в деревне выбрасывали мусор.

Фарах прикрыла нос и рот краешком сари, отчего ее голос прозвучал приглушенно и жалобно:

– Зачем мы сюда пришли?

Гита наклонилась, разглядывая отбросы у себя под ногами.

– Искать пластиковый пакет, – отозвалась она.

– Для чего?

– Ты свяжешь Самиру руки и ноги, когда он заснет, и наденешь пакет ему на голову, – пояснила Гита таким тоном, как будто это было само собой очевидно.