Королевы бандитов

Пошли к Карему.

– А не могла бы ты… – замялась Фарах, – сама сходить? Ну, типа, ты же там и без меня обойтись сможешь. Или я тебе нужна?

Предположение, что ей кто-либо может быть нужен, взбесило Гиту:

– Разумеется, нет! Но…

– Просто понимаешь… Люди ведь могут увидеть, что я покупаю дару. Что обо мне подумают?

Гита сердито покосилась на нее:

– А обо мне, значит, пусть думают, что хотят?

– Но я же мать и мусульманка, и понимаешь, люди… Да ладно, Гитабен, ну ты же сама знаешь, что в деревне о тебе и так думают всякое, а тебе и дела никакого нет до пересудов – я, кстати, всегда считала, что это ужасно круто, вот так, как ты, плевать на чужое мнение.

Так что какая тебе разница?

– Хорошо, – кивнула Гита.

Глупо было звать Фарах с собой за компанию, подумалось ей. Она ведь сама возражала против всяких «мы» и точно знала, что ее с этой женщиной совсем ненадолго свела жизненная необходимость, а вовсе не дружба. Кроме того, решила Гита, ей лучше действительно не появляться на людях с Фарах накануне смерти Самира – это могло бы впоследствии вызвать подозрения.

– Я куплю дару и потом встретимся еще раз у меня.

– О-о… А не могла бы ты занести бутылку ко мне домой? Мне так было бы удобнее. Понимаешь, дети, и все такое…

Гита скрипнула зубами – все-таки наглости Фарах было не занимать.

– Гитабен, ты чудо! – выпалила та, приняв молчание за знак согласия. – Ой, а чем же мы его отравим-то?

Тут ответ у Гиты уже был готов:

– Чем-нибудь простым и дешевым, например крысиным ядом.

– Окей, тогда я куплю крысиный яд!

Гита вздохнула:

– Мы не можем купить его здесь. Тебя так вычислят в два счета. Нам нужно съездить в город.

Фарах медленно склонила голову в знак согласия и постучала пальцем по виску:

– Какая ж ты умная, Гитабен. Ну, типа, мозговой трест мира.

– Я в курсе.

– Так это… не хотелось бы тебя торопить, но ты ведь сходишь к Карему? Пока он лавку не закрыл сегодня, да?

Гита задумчиво на нее посмотрела:

– Как так вышло вообще, что твой муж портит жизнь мне?

Фарах уходила такая довольная, что у Гиты возникло неприятное чувство, будто ее надули.

Ловко и быстро. Как воздушный шарик. «Что, если Фарах только прикидывается простушкой?» – возник вопрос. «Да ладно, не парься, – сказала она себе, надевая сандалии. – Просто сбегай за бухлом и покончи уже со всей этой фигней».

Она зашагала по той же дороге, что и вчера вечером. Дети на школьном дворе теперь играли в крикет, соорудив воротца из камней.