Королевы бандитов

Впрочем, у Королевы бандитов детей не было, а память о ней осталась. Когда она отбывала тюремный срок за убийство двадцати двух человек в один день, ее отвезли в больницу на срочную гистерэктомию – удаление матки, – и врач перед операцией счел возможным пошутить: «Нам не надо, чтобы Пхулан Дэви наплодила новых Пхулан Дэви». Гита догадывалась, что это «нам» относилось не к добропорядочным людям и не к властям, а к мужчинам.

– Никто о таком не говорит, – кивнул Карем, продолжая диалог. – Сарита тоже через это прошла.

Думаю, большинство людей боятся сказать что-нибудь не то, поэтому предпочитают молчать. Но я не уверен, что так лучше.

– Прости, – сказала ему Гита. Ей почему-то казалось, что Карем ни разу не говорил жене «что-нибудь не то» после неудачных беременностей. А даже если говорил, его искренность все сглаживала, и благодаря этому сказанное не могло звучать банально, или грубо, или хуже того – снисходительно.

– И ты меня, – отозвался он.

Было бы нечестно позволить Карему думать, что ей тоже знакома эта скорбь по нерожденным детям, поэтому Гита поспешила уточнить:

– У меня такого не было.

Ну то есть… Ни разу.

Он медленно кивнул:

– Хорошо. Это очень хорошо.

Гита перевела взгляд на пса, которого баюкала на руках. Они с Каремом шли по улицам Кохры бок о бок – никто не опережал, никто не отставал.

– Его не вырвало печеньем. Это значит, с ним уже все в порядке?

– Я думаю, это значит, что он поедет с тобой домой.

– Что-что?

– Ну, он тебе теперь доверяет.

 – Карем потрепал спутанную шерсть у пса за ушами. – Отдохнет немного, откормится и будет для тебя отличным домашним питомцем.

– Мне не нужен домашний питомец.

– О, еще как нужен! – заулыбался Карем. – Ты ведь одна живешь.

– И меня все устраивает.

– В любом случае он для тебя – идеальная пара.

– Откуда ты знаешь? – Гиту это не интересовало, она задала вопрос лишь потому, что по хитрой улыбке Карема догадалась, что он придумал шутку, а ей хотелось проявить великодушие и дать ему возможность высказаться.

– Он красавчик и не болтун!

Лицо Гиты, однако, не дрогнуло.

– Очень смешно, – отрезала она.

– Как ты его назовешь?

– Никак.

– Никак, – повторил Карем, словно примерялся к новому имени. – Ни-как. Куч-нахин, куч-най, – повторил он то же самое на разные лады. И покачал головой: – Мне кажется, это имя ему не очень подходит. К тому же этот парень наверняка и так страдает от заниженной самооценки.