Лабиринт чародея. Вымыслы, грезы и химеры

Но при этом мне довелось столкнуться с ужасной, недоступной человеческому разумению тайной, и именно она привела меня на грань безумия.

Мои мотивы для убийства Джаспера Трилта не представляли собой ничего экстраординарного, несмотря на всю их настоятельность. За двенадцать лет нашего знакомства он причинил мне достаточно зла, чтобы вдвойне заслужить смерть. Он отнял у меня с мучительным трудом собранные плоды долгих лет тяжкого труда, посредством лживых обещаний похитил химические формулы, которые могли бы сделать меня богатым.

По глупости я поверил ему, решив, что он поделится со мной прибылями от моих драгоценных знаний, которые принесли ему богатство и славу. Будучи бедным и никому не известным, я уже ничего не мог исправить.

Порой я удивляюсь тому, как долго терпел Трилта. Быть может, мысль о возможной мести побуждала меня закрывать глаза на его предательства, утаивать его низость. Я продолжал пользоваться лабораторией, которую он для меня оборудовал, я принимал жалкие гроши, которые он платил мне за труды.

Я делал новые открытия – и позволял ему обманом узурпировать их плоды.

А ведь еще была Норма Грешэм, которую я всегда любил, нерешительно и бессловесно, и, похоже, я тоже ей нравился до того, как Трилт начал ухаживать за ней в своей лихой и обольстительной манере. Я притворялся, будто мне все равно, но забыть не мог… Как видите, мои обиды мало отличались от тех, что подталкивали к мести многих других; ничего необычного не было в них, как и в прочих сопутствовавших обстоятельствах, и самая их банальность чудовищно оттеняет аномальный и необъяснимый результат.

Не помню, когда мне впервые пришла в голову идея убить того, кто меня предал. Она столько лет меня преследовала, что порой мне кажется, будто я лелеял ее с незапамятных времен. Но окончательный план убийства, отточенный до идеального совершенства, полностью созрел не так давно.

Многие годы, помимо своей обычной работы, я экспериментировал с ядами. Я исследовал труднодоступные тайны и малоизученные области токсикологии, изучал все, что могла сообщить мне на эту тему химия, и не только она.

Об этом направлении моих исследований Трилт не имел ни малейшего понятия, и в мои намерения вовсе не входило, чтобы он извлек прибыль из моих разработок. На самом деле насчет него я строил совершенно иные планы.

С самого начала я поставил себе задачу создать вещество с определенными свойствами, какими не обладал ни один известный науке яд.