Леди с серьезными намерениями

Ну вот, ты довольна?

– И тебе ведь понравилось танцевать с ним вальс? После тебя он пригласил Сюзан Элдербридж, но ей достался только контр ад анс.

Из всего опыта общения с Джеком Лестером Софии меньше всего хотелось вспоминать именно тот вальс, но, как назло, воспоминания о нем были самыми яркими и отказывались меркнуть. А что касается его глаз, то они, видимо, навсегда запечатлелись в ее памяти. Она закрывала глаза и отчетливо видела их синеву и особенный блеск, которому она не особенно доверяла.

София моргнула и сосредоточилась на лице Клариссы, преисполненном нескрываемого любопытства.

– Мистер Лестер очень… искушен в подобных вещах. – С этим общим заявлением она снова взялась за иглу, надеясь, что кузина поймет намек.

Но Кларисса еще не закончила. Взмахом руки подводя итог всему сказанному, она заключила драматическим тоном, с выражением непоколебимой убежденности на лице:

– Значит, мы все пришли к тому, что мистер Лестер – идеал, мечта любой девушки. И разве можно не жаждать обрести счастье в его объятиях?

– В его или кого-то другого, вроде него, – добавила более прозаичная Мелли.

София не сразу подняла голову. Вопрос кузины был весьма схож с тем, который она сама задавала себе перед приходом Клариссы и Мелли. Может быть, то, что она чувствовала, было просто неизбежной реакцией на такого человека, как Джек Лестер? Или же… Она резко оборвала ход своих мыслей.

– На самом деле, Кларисса, – ответила она, встряхивая и аккуратно складывая рубашку Джорджа, – мистер Лестер как раз из тех джентльменов, мечтать о которых крайне неразумно.

– Но почему?

Подняв глаза, София увидела на миловидном личике Клариссы искреннее недоумение. И поморщилась.

– Потому, что он ловелас.

Итак, слово, призванное спустить на землю двух этих невинных птичек, было сказано. И они немедленно откликнулись. Две пары глаз округлились, два ротика раскрылись.

Первой очнулась Кларисса.

– Неужели? – Судя по ее тону, открытие было шокирующим.

– Нет! – воскликнула Мелли.

На лице Клариссы был написан тот же вопрос. София подавила стон. Как им объяснишь? «Это видно по его глазам? По вкрадчивым ноткам бархатного голоса? По особой обходительности манер?» Потом она вспомнила, о чем подумала сразу же, как только увидела его в дверях бального зала леди Эсфордби.

– По его надменному виду. Он держит себя так, словно мир перед ним – это устрица, поданная ему на ужин, а женщина – жемчужина в ней.