Лига Чистоты

Магнус начал усиленно соображать, хотя и был пьян. Это были те же самые слова, которые произнесла Майя в отеле «Парк» менее получаса назад. И пока он стоял, привалившись к стене, в голову ему пришла мысль, которая заставила его резко выпрямится, а сжимающие трубку ладони вспотеть. Майя и Хью Риссел, оба указывают, как ему поработать. Сначала эта девушка, вытащившая его с приема и заявившая, что он поставил себя перед Платтом и остальными в глупое положение. А теперь еще и Риссел, срочно требующий материал, чтобы осветить фестиваль живого искусства для праздных читателей «Пейпер».

Но Риссел уже повесил трубку. Магнус поднялся в свою комнату на третьем этаже, где посидел немного, ломая голову над тем, о чем можно было бы написать. Как поточнее назвать работы Берни Берлинера? «Противные», может быть? Или лучше «совсем не противные»?

Без четверти семь он был в гостинице «Ройял» и заказал разговор с «Пейпер». К семи двадцати пяти он закончил диктовать и опять поговорил с Рисселом, который, казалось, был вполне удовлетворен и даже посоветовал развлечься.

Теперь в соответствии с советом Риссела он сидел перед коктейлем с шампанским и ждал молодую польку по имени Майя.

Час спустя, уже за пятым коктейлем, он отнюдь не развлекался. Каждые десять минут он проверял у конторки, нет ли для него сообщений, а теперь еще стал на всякий случай звонить в «Бьют»: может быть, она пыталась связаться с ним там. На первый звонок ответил старый портье-валлиец, который был заинтригован муками Магнуса, а на третий – сердитый голос сказал, что ничего нет, и трубку повесили.

Он вернулся на свое место в бар с чувством ярости, разочарования и некоторого беспокойства. Он не мог поверить, что она так проведет его. Весь день был невероятным, сумасшедшим и запутанным, так с какой стати он должен быть логично завершен? Тем не менее Магнус был встревожен. Его самолюбие и, наверное, инстинкт не допускали того, что Майя нашла на этот вечер что-нибудь лучшее, либо была слишком занята или ленива, чтобы связаться с ним.

Он заказал еще один коктейль и сэндвичи, а потом с достоинством пошел к конторке и опять спросил, нет ли для него сообщений. Ответ был тот же самый. На улице, где недавно кого-то стошнило прямо на мостовую, какой-то человек пел: «Манна небесная! Питай меня, пока не бу-у-у-ду сыт!»

Он пошел назад, в сторону железнодорожных путей.