Лунный камень Сатапура

– Так он чаще бывает в Бомбее, чем во дворце? – Первин уловила сарказм в тоне Сандрингема.

– Не знаю. У князя и его жены собственный дворец примерно в шести километрах от основного. Время от времени я получаю письма от одного тамошнего служащего, но он мало что сообщает, кроме того, что все члены семьи в добром здравии. – Сандрингем помялся – его явно смутило, что Первин так резко высказалась о его якобы халатном отношении к своим обязанностям. – Говоря откровенно, поскольку оговоренные объемы сельскохозяйственной продукции они поставляют вовремя, мы не видели никаких оснований лезть в их дела.

Но письма двух махарани меня насторожили.

– Меня удивляет, почему дядя не может сам решить, куда отправить учиться своего племянника, молодого махараджу, – заметила Первин.

Мистер Сандрингем кривовато улыбнулся.

– Не забывайте о том, что вдовствующая махарани Путлабаи – мать премьер-министра. Какой мужчина станет перечить матери?

В своей работе Первин не раз сталкивалась с ситуациями, когда взрослые дети командовали своими родителями и порой обращались с ними очень жестоко.

Но вступать в спор она не стала – ей важнее было раздобыть новые сведения.

– А махарани знают, что вы посылаете меня к ним на переговоры?

– Я отправил им письмо с уведомлением, что их посетит П. Дж. Мистри, эсквайр. – Сандрингем пристально посмотрел на собеседницу. – В письме не упомянуто, что вы женщина. Мне хотелось застать их врасплох.

– Ага. То есть, если мне откажут по половому признаку, тут-то я и сниму шляпу и продемонстрирую, кто я! – Первин представила себе этот спектакль: остросюжетная драма без заранее прописанного сценария.

 – Но мне кажется, что, если дамы действительно хотят уладить свой конфликт касательно обучения князя, они меня примут. А я уж выложу все козыри.

– Козыри! – медленно повторил Сандрингем. А потом щелкнул пальцами и рассмеялся.

– Что такое? – ошарашенно спросила Первин.

– Вы в Оксфорде играли в карты?

Первин опешила.

– Разумеется. По вечерам, в Святой Хильде, с другими девушками.

Он глянул на нее разочарованно.

– И больше нигде?

Первин задумалась.

– Однажды я играла в бридж в смешанной компании в Брейзноузе.

– Вот-вот! – Он хлопнул ладонью по столу. – Именно! Помню, какой поднялся шум, когда в бридж-клуб пришли – без мужского сопровождения – две студентки, индуска и англичанка.

Первин звонко расхохоталась.

– Мистер Сандрингем, вы имеете в виду мою лучшую подругу Элис, которая сейчас живет в Бомбее.