Лунный камень Сатапура

 – Вас беспокоит что-то по здоровью?

– Нет-нет, – торопливо ответила Первин. – Просто я хотела бы знать подробности вскрытия тел покойного махараджи и его старшего сына.

– В высшей степени странная просьба. Зачем? – Голос зазвучал жестко.

Первин, стараясь не выдавать обиды, пояснила:

– Мне предстоит посетить дворец по поручению Колхапурского агентства. На мой взгляд, кончина правителя и его преемника в течение менее чем одного года настораживает.

Доктор был мал ростом – метр шестьдесят с небольшим.

– Речь идет о конфиденциальных сведениях.

Таким тоном судья выносит порицание адвокату.

– Правительство поручило мне принять решение касательно будущего махараджи, – пояснила Первин. – Если существует вероятность того, что старшего брата убили, это веский повод отправить младшего за границу.

– Князя Пратапа Рао убил зверь, не человек. Разве Колин вам об этом не сказал?

– Сказал, но как вы объясните тот факт, что между гибелью махараджи и его сына прошло всего одиннадцать месяцев?

Как будто подчеркивая важность вопроса, Дези заскулил и поднял на доктора глаза.

– Обычное совпадение. – Доктор заговорил мягче: – Махараджа Махендра Рао заразился смертельной болезнью после посещения деревни, где как раз начиналась эпидемия холеры. От того же недуга погибли и двое слуг, которые за ним ухаживали. Переболели и другие слуги и члены семьи, но им помогли лекарства.

Первин пристукнула комара у себя на локте.

– Да, это трагедия. А что вы можете сказать о гибели старшего брата князя Дживы Рао? Мистер Сандрингем описал ее лишь в общих чертах, но я нашла в документах, которые он мне показал, несколько подробностей.

Доктор с укором сжал губы. Помолчав, сказал:

– Князя загрыз тигр или леопард. Про такое не рассказывают при дамах.

– Если тело было сильно изуродовано, как его опознали? У вас не осталось сомнений? – гнула свое Первин.

– А кто еще это мог быть? На молодом махарадже и его дяде, князе Сварупе, были одинаковые сапоги с княжеской эмблемой. Те же сапоги нашли и на теле. Одежды почти не осталось, но, судя по обрывкам ткани, речь шла о том самом ездовом костюме, который мальчик надел утром. Я знал и параметры его тела, и цвет кожи – я же был его врачом.

Первин вгляделась в темноту, подумав, что доктор говорит дело.

– Понятно.