Мегрэ колеблется

– Предпочитаю не быть судьей, и это избавляет меня от необходимости судить…

– Вот это мне и хотелось от вас услышать… Когда в вашем кабинете находится обвиняемый или подозреваемый в преступлении, способны ли вы определить ту долю виновности, которая может быть ему вменена.

– Очень редко… Психиатры впоследствии…

– В этой библиотеке я собрал труды психиатров. В старину чаще всего отвечали: «Виновен» – и удалялись со спокойной совестью. Но перечитайте, например, Анри Эя…

– Знаю…

– Вы говорите по-английски?

– Очень плохо.

– Знаете, что они называют «хобби»?

– Да… Времяпрепровождение… Неоплачиваемая деятельность… Мания…

– Так вот, месье Мегрэ, мое хобби или, как некоторые говорят, моя мания – это статья шестьдесят четыре… Занимаюсь ею не я один… И эта знаменитая статья содержится не только во французском кодексе… Сформулированная несколько иначе, она существует и в кодексе США, и в английском, и в германском, и в итальянском…

Парандон все больше оживлялся.

– Таких, как я, тысячи, что я говорю – десятки тысяч, и мы поставили своей задачей изменить эту постыдную шестьдесят четвертую статью, этот пережиток минувших времен. Речь здесь идет не о тайном обществе. В большинстве стран существуют официальные группировки, журналы, газеты… И знаете, что нам отвечают?.

И чтобы пояснить, кто отвечает, он вопросительно взглянул на портрет тестя:

– Нам говорят: «Уголовный кодекс составляет единое целое. Если вы замените в нем хотя бы один камешек, все здание может рухнуть…» И нам возражают: «Если действовать по-вашему, то не судье, а врачу будет предоставлено право решать…»

Я мог бы говорить об этом часами. Я посвятил этому вопросу много статей, и если это не будет с моей стороны дерзостью, я попрошу мою секретаршу вам их переслать… Вы знаете преступников, если можно так выразиться, из первых рук… Для судьи же это только существа, которых почти автоматически подводят под ту или иную статью.

– Конечно…

– За ваше здоровье…

Он перевел дыхание и, казалось, сам был поражен, что так разошелся.