Месса Лядзинского

а любовь

с лилией параолимпиады в тылу,

любовь и ее зверье, бешено и покорно – не существовали,

так что лишь немногие видели их,

прочих нечем утешить

Ковы

женщина, когда с ней прощаешься,

и смерть, когда тебя принимает,

говорят одно и то же – тебе пора

над погруженным в тишину городом

и всеми детьми в этом городе, ночью становящимися

стремниной лиц и голосов, только закованных в хрусталь, лед

с утоптанного снега вдруг маятник птицы —

твоя былая тень

до появления тела

и комья земли, принявшей их

Разговор продолжается

появляешься там, где была

в моих глазах – повсюду.

отступившая от меня вчера,

сегодня близка по-прежнему

словно уснула в токе крови моей,

чтоб не знал ночей без тебя

*

пятнадцать лет я не засыпал,

чтоб не знать ночей без тебя

пятнадцать лет я не засыпал,

лишь бы на миг ты уснула

*

словно бы не коротал я своих ночей,

подступавших к водке, текущей меж

времен, прошедшего и ненастоящего,

запутывая и отодвигая всё

кроме памяти

*

читай мне:

боль – сервисная книжка.

тело – проводник по тени

*

не дождалась своего дня рождения,

маячащей в блике стробоскопа зимы, когда мчащиеся

поезда превращались бы в голубой пламень

в кустах над гнутой рекой

   *

не ожидай меня,

мы одни – приглушенный зов

с того берега, но снег ли это,

или твое тело посмертно вернулось,

не встав на якорь, не знаю

снег всегда датирован

   *

а то летел бы на зимнее поле,

на акустические экраны автобанов, и ты бежала бы рядом,

заиндевевшая в колоколах и лентах —

искра – сестра звезды

   *

ты была моей кратко и просто.

поднимающий облако кирпичной пыли,

ангел, несущий ягодку клюквы:

вот сколько тебя,

а ведь еще целый месяц

      *

все это когда-то уже случилось.