Моя сестрица – серийная убийца

Образованные женщины бесят мужчин вроде этого патрульного, поэтому я изображаю неграмотную речь. Подозреваю, что потуги на неграмотность еще сильнее выдают мой статус.

– Женщина, откройте дверь!

Вокруг ползут вперед машины. Некоторые водители бросают на меня сочувственные взгляды, но остановиться и помочь желающих нет.

– Командир, ну давай договоримся! Уверена, мы друг друга поймем. – Гордость меня покинула, только что делать? В другой ситуации я справедливо назвала бы этого типа преступником, но Айюлины деяния вынуждают осторожничать.

Патрульный скрещивает руки на груди: он недоволен, но меня выслушает.

– Вот по-честному, денег у меня особо нет. Но если ты согла…

– Я хоть заикнулся о деньгах? – негодует патрульный и дергает ручку водительской двери, словно мне хватит глупости ее разблокировать. Он встает прямо и подбоченивается. – А ну глушите мотор!

Я открываю рот, закрываю, не издав ни звука, и молча смотрю на патрульного.

– Разблокируйте двери! Не то отгоним машину в участок и будем разбираться там.

У меня кровь стучит в висах. Обыск машины для меня – риск неимоверный.

– Командир, ну пожалуйста! Давай между собой договоримся! – умоляю я, срываясь на визг.

Патрульный кивает и снова наклоняется к окну.

– Как договоримся?

Я достаю из кошелька три тысячи найр [5 - 3000 найр – около 540 рублей.], надеясь, что этого хватит и патрульный быстро согласится. Темные глаза вспыхивают, но он хмурится.

– Несерьезно вы настроены.

– Сколько тебе нужно, командир?

Патрульный облизывается, оставляя на губе блестящую каплю слюны.

– Я что, на сопляка похож?

– Нет, сэр.

– Так дайте столько, чтобы серьезному мужчине понравилось.

Я вздыхаю. Гордость говорит мне «прощай», когда я выкладываю еще две тысячи найр [6 - 2000 найр – около 360 рублей.]. Патрульный берет их и величественно кивает.

– Пристегните ремень безопасности и больше так не ошибайтесь.

Патрульный уходит, и я пристегиваюсь. Через какое-то время руки перестают дрожать.

Приемный покой

В больницу заходит мужчина и направляется прямиком к столу регистратора. Он невысок, но компенсирует это дородностью. Он надвигается на нас, и я морально готовлюсь к столкновению.

– Я на прием записан!

Йинка стискивает зубы и выдает самую ослепительную из своих улыбок.

– Доброе утро, сэр! Могу я узнать ваше имя?

Мужчина раздраженно представляется, Йинка ищет его карточку, неспешно перебирая целую стопку.