Мушкетерка

Но эту комнату точно нельзя было назвать «салоном».

Мадам де Тревиль кашлянула и начала говорить, не отрываясь от работы:

– Портия передала, что я хотела с тобой побеседовать? – Вот, значит, как зовут ту девушку. Жанна упоминала о ней вчера вечером, сказала, что девчонка дразнит… как там его, Анри?

– Да, я… – Мадам с силой подчеркнула что-то в бумагах, и я прочистила горло. – Да, она передала. Я собиралась пойти на кухню…

– Ты ведь не думаешь, что мы едим на кухне? – Она обмакнула перо в чернила и вернулась к бумагам.

– Ну… нет, – ответила я.

Мадам де Тревиль подняла взгляд, заметила мои руки, сжатые в складках юбки, чтобы не ухватиться за ближайший стул.

– Присядь.

На ней не было модного наряда, по каким вздыхали Маргерит и другие девушки из моего городка, – вырез ее серовато-стального платья едва открывал ключицы, прическа была простая – низкий пучок, никаких вьющихся локонов. Ее осанка была такой прямой, что спина даже не касалась спинки стула. Я ожидала увидеть знатную даму, разодетую в пух и прах.

О ком еще могли судачить высшие круги общества? Однако ее одежда, хотя и пошитая из прекрасных тканей, была весьма проста и практична. Пальцы и запястья не были украшены кольцами и браслетами. Все, что мне было о ней известно, – ее снобизм в отношении мест приема пищи, но разве такая женщина не должна стремиться как-то продемонстрировать свою состоятельность?

– Прими мои соболезнования по поводу твоего отца, – вдруг сказала мадам де Тревиль.

– Merci, – поблагодарила я.

Ее взгляд был испытующим. Наконец я услышала:

– Все это весьма необычно. Принять девушку перед самым началом светского сезона, без времени на подготовку. Даже у Портии было хотя бы два месяца моего наставничества. – Она обвела взглядам ту часть меня, что не была скрыта столом. – Но твой отец настаивал, что ты готова и не посрамишь чести семьи.

– Я буду очень стараться, – сдержанно ответила я.

Помни об отце, помни о матери. Помни, ради чего ты это делаешь.

Мадам де Тревиль – залог всех моих надежд выяснить правду о папе. Сделать себе имя. Добиться успеха в Академии – значит исполнить последнюю волю отца.

– А если твоих стараний окажется недостаточно? – спросила мадам.

– Я… я не думаю…

– Полагаю, ты достаточно миловидна. Ты не слишком грациозна, но над этим мы поработаем. Но чего я ни в коем случае не стану делать – это тратить время на девушку, не понимающую своего места в мире.