На прощанье я скажу

Есть скопление клеток, которые, если ничего не предпринять, могут в него превратиться.

– Окей. Значит, ему сообщать ты не считаешь нужным.

– Смотри-ка, у тебя пробудилось чувство солидарности с отцом.

– Ты только что сказала, что отца нету.

– Нету. Это непорочное скопление.

– Я ни с кем не солидаризируюсь. Просто пытаюсь разобраться, что к чему.

– Тогда старайся получше. Эй! Ты куда?

– Пойду куплю еще мороженого. Тебе взять?

– Два рожка за один присест? Серьезно? Что у тебя с уровнем холестерина?

– Сегодня же особый случай?

– Да.

Я пойду.

– Я что-то не так сказал?

– Ну, в твое оправдание замечу, что сейчас нельзя сказать что-то так.

– Ты позволишь тебе помочь?

– Возможно. Может, ты даже уже помог. Не знаю. Мне нужно побыть наедине с собой и все хорошенько обдумать.

– Если надумаешь про аборт, я тебя отвезу, ладно?

– Опять вот ты про аборт.

– Я просто к тому, что если не захочешь втягивать в это маму и Рича.

– О да, ты ж страшно обломаешься, если вдруг меня Рич отвезет.

– Жалею, что предложил.

– Не надо. Я б тебя навсегда списала со счетов, если бы ты не предложил.

– Так чего ты тогда из меня душу вынимаешь?

– Потому что ты это заслуживаешь, папа. Потому что ты фиговый отец и это ничего не изменит.

– Значит, я все-таки должен тебя вытянуть?

– Я говорила гипотетически. В случае, если.

– Понял. Могу я тебя хоть до дома подбросить?

– У тебя нет машины.

– Я возьму у Джека.

– Ничего, я в порядке. У меня есть своя.

– С каких это пор?

– Мама с Ричем подарили мне G35 на выпускной.

– Очень мило с их стороны.

– Мама все еще старается компенсировать твое отсутствие. Я этим слегка пользуюсь.

– Я бы тоже не преминул. Можно у тебя кое-что спросить?

– Конечно.

– Почему ты пришла ко мне?

– Честно?

– Да.

– Тебя подвести мне не так страшно.

Глава 7

Она уходит, а он так и сидит, выпотрошенный словно рыба.

Кейси всегда была такой, умела полоснуть так быстро, что только после ее ухода рана проливалась кровью. Они сидели в маленькой кофейне, она же магазинчик со всякой всячиной, втиснутый в полукруглый альков в углу холла. Держит его Перл, пышногрудая венгерская вдова за пятьдесят, которая наносит макияж малярной кистью, а каждое ее движение сопровождает шорох трущихся друг о дружку нейлоновых чулок и рождественский перезвон тысячи золотых браслетов.