Наондель

– Кабира, ты можешь показать Искану-че источник, – проговорила мать, отложив шитье.

– Источник? Об этом вы мне не рассказывали, чо!

Я никогда не показывала Искану источник. Он не «уаки» (запретный), но считается святым. Все провинции Каренокои основаны вокруг святых мест: горы, реки, озера или, как Ренка, вокруг источника.

– Наша семья – хранители священного источника Ренки. Он называется Анджи, – нехотя ответила я. Как я и ожидала, Искан засмеялся, услышав эти слова.

– Про Анджи я слышал. В сказках кормилицы, когда был совсем маленьким мальчиком.

– Источник существует на самом деле, – обиженно ответила я.

– Ничуть не сомневаюсь. – Искан откинулся назад. Моя реакция его явно позабавила. – Однако мало кто стал бы сегодня называть его священным.

– Почти во всем Каренокои древние верования исчезли, – ответила мать. – Но в некоторых местах эти традиции сохранились. Моя свекровь любовно ухаживала за источником и выказывала уважение, как делали испокон веку в роду моего мужа. И она обучила мою старшую дочь соблюдать традиции.

Мне показалось странным, что мать обсуждает это с посторонним, и я заерзала на месте. Однако источник не тайный, и то, что я его хранительница, тоже не является скрытым знанием. Но чему именно научила меня мать моего отца – об этом никто, кроме меня, не знал. Поэтому все так легко относились к значению Анджи. Особенно мать, которая всегда считала, что мать моего отца застряла в прошлом, и слегка раздражалась, когда та занимала так много моего времени своими учениями и водила меня к источнику даже по ночам.

Это неуместно. Источник – всего лишь старое суеверие. Мать была женщиной практического склада. Она понимала то, что видела и к чему могла прикоснуться, остальное было лишено в ее глазах какой-либо ценности.

Она и не догадывалась, что многое из того, что она видит и к чему может прикоснуться в нашем доме, существует благодаря Анджи. Она не знала, что источник влияет на наши урожаи, наше благосостояние, здоровье и счастье.

– Для меня было бы большой честью увидеть ваше священное место, – произнес Искан, чуть заметно поклонившись мне.

 – Завтра утром, на рассвете?

Он знал, что я рано встаю по утрам. Я задумалась. Растущая луна, до полнолуния оставалось всего несколько ночей. Анджи был силен и добр. Почему бы нет? Может быть, мне удастся преподать этому самонадеянному мужчине урок смирения. Ему придется проглотить свое пренебрежение и недоверие!

Я захлопнула крышку шкатулки, в которой хранились свитки.