Невидимые узы

Группа Делестрана неустанно трудилась две недели: они шерстили семейную и профессиональную среду, проверяли расписание передвижений, телефоны, банковские счета, следили за мужьями и даже поставили прослушку, но не обнаружили даже намека на след. О женщинах было известно одно: они просто не вернулись домой. Между ними не было ничего общего.

Танги Гэю и Делестран долго обсуждали забуксовавшее расследование и пришли к выводу, что остается надеяться на внешний фактор, способный разблокировать ситуацию. Им было нестерпимо ждать, когда случится что-нибудь еще.

Делестран считал, что умение терпеть сродни искусству страдать молча, но и ему начинало казаться, что срок ожидания слишком долог.

Танги Гэю хорошо знал своих людей. Он ценил Делестрана за профессиональную компетентность, непоколебимую приверженность делу, внешнее спокойствие. Но больше всего ему нравились упрямство, одержимость нежеланием быть запертым в четырех стенах и благородное стремление, почти этический принцип влезать туда, куда другим и в голову не пришло бы лезть, в том числе и в расследованиях.

Этот способ отличиться восхищал Гэю. Он знал, что майор пребывает в сомнениях касательно исчезновений, но страдает молча, чтобы не травмировать подчиненных. Подобным людям противопоказано ничегонеделание. Необходимо было подтолкнуть его, отсюда и утренний звонок – как протянутая рука помощи.

* * *

Внимание Делестрана привлек шум в соседнем кабинете, занимаемом его заместительницей, лейтенантом Бомон. Она, не включая свет, бросила спортивную сумку на письменный стол, взялась за ручку жалюзи, как делала каждое утро, и тут увидела отражение Делестрана в стекле.

Обернулась и улыбнулась ему, сверкнув глазами.

– Привет, командор.

– Привет, Виктуар. Как насчет выезда на «свежего» покойника?

– Почему бы и нет? Но только после кофе, командор.

Майор и лейтенант работали вместе уже два года, но Бомон до сих пор не называла его по имени. Мешала не разница в возрасте и не почтение к старшему по званию, все было гораздо сложнее.

Втайне ей хотелось называть его «папой», но она никогда не позволила бы себе подобного святотатства и потому выбрала слово «командор» – в соответствии с его званием и, главное, по сердечной склонности. Этим почетным титулом лейтенант именовала шефа только наедине, при всех же он был для нее майором Делестраном, главой следственной группы.

– Мне только что звонил патрон. В одном из бассейнов сада Тюильри нашли тело с раной на затылке. Я свяжусь с судмедэкспертом.