Невинное соблазнение

Конечно, отсутствие у нее опыта общения с мужчинами сразу когда-то стало очевидным – еще в тот самый день, когда Зена познакомила их. Так почему же он так сильно ее хотел? Лисандрос мечтал подарить ей незабываемое удовольствие: просто жаркие, страстные ночи, в течение которых они бы наслаждались друг другом так долго, насколько хватило бы страсти.

– Роуз, – произнес он мягко, приближаясь к ней. Ему всегда нравилось чувствовать ее имя на своих губах. – Зена действительно нуждается в тебе, ведь ты ее лучшая подруга.

Она вздохнула, покорно скрестив руки на груди, тем самым еще больше распаляя его чувства.

– Ты забыл? Я каждый день должна играть, даже если сейчас сезон закончился.

Он ни на секунду не поверил враждебному блеску в ее глазах. Как не поверил и нелепому оправданию: оно было пустым и бессмысленным.

И все же Лисандрос нашел в себе силы улыбнуться.

– У Зены на вилле есть рояль, и я уверен, она с радостью разрешит тебе играть.

Он промолчал о том, то в его квартире в Афинах также имелось пианино: так он бы лишь отпугнул от себя Роуз еще больше.

– Нет, все же мне нужно будет остаться в Лондоне. – Роуз разочарованно покачала головой.

Лисандрос подошел еще ближе, отчаянно стараясь игнорировать искушение сжать ее в крепких объятиях. Сейчас нужно было думать только о Зене. Которая в любом случае не поймет, почему подруга отказалась приехать в Грецию с ней.

И все же у него не получалось обмануть самого себя: прежде всего он думал о ней. Ему всегда было трудно установить с кем-либо эмоциональный контакт. Даже с Зеной периодически возникали трения. И только Роуз была исключением.

Лисандрос внезапно разозлился на собственное бессилие перед ее чарами.

– Может, ты расскажешь, почему моя сестра, которая никогда не ездила ночью по оживленным трассам, оказалась на улице?

Глаза Роуз вспыхнули гневом, мягкие губы сжались.

– Я думала, она спит. Мы с ней немного повздорили.

– Она встречалась с кем-то той ночью?

– Думаю, да, – произнесла она глухо, в ее голосе чувствовалась боль, и Лисандроса накрыло острое чувство вины. Возможно, сейчас он и правда перегнул палку и вел себя слишком напористо.

– И с кем же? – Он смягчил тон.

– Ну, у нее был какой-то друг.