Сотник. Не по чину

– Там в доме трое раненых из этих… – Матвей мотнул головой в строну лежащего на земле «панталексуса», – не жильцы. Один уже отошел, двоим другим недолго осталось. Раны черные, смердят гадостно, сами в жару и без памяти. И… – Матвей поколебался, – брошенные они какие-то. Лежат в клетушке малой, похоже, что за ними никто и не ходил. Ну, разве что девчонка та, которую ты у стены тискал. Да много ли она могла? Так только – напиться подать да пожалеть. Из тех, что мы побили, троих сразу насмерть, еще один совсем плох – я думал, что ему только лопатку болтом раздробило, а он вдруг кровью харкать начал.

Видать, глубже достало. Второй, которому ты, Минь, локоть разворотил, вроде бы ничего – может, и руку отнимать не придется. Ну и этот, – Матвей указал на «панталексуса», – ему бровь болтом начисто смахнуло и жилу на запястье порвало, ладонь, как тряпочная, болтается…

– Стой! – прервал Матвея Дмитрий. – Так у него кость не сломана? А зачем палка примотана тогда?

– Так затем и примотана, чтобы ладонь не болталась и рана не открылась.

А чего вы с ним делали-то?

«Та-ак… Это, значит, он с потерей сознания ваньку валял? Нет, разорванное сухожилие тоже не подарок, но не сравнить же с раздробленной костью».

Мишка глянул на пленного, и тот не отвел взгляд, а полуприкрыл веки, словно соглашаясь с чем-то.

«А ты наглец, мусью панталексус! Уже, надо полагать, решил, что установил со мной «особые отношения». Ну-ну, будем посмотреть…»

Мишка знаком велел Матвею и опричнику оставаться с пленным, а Дмитрию махнул, чтобы шел с ним туда, где лежали двое раненых «террористов».

По крайней мере с одним из них, судя по словам Матвея, можно было разговаривать.

Раненый оказался в одиночестве: видимо, второй уже отмучился и его отволокли к убитым. Молодой, лет двадцати, парень сидел, мерно раскачиваясь из стороны в сторону и прижимая к животу перевязанный локоть, – рана его заметно мучила.

– Как звать? – не дожидаясь Мишкиной подсказки, рявкнул Дмитрий.

– Селиван.

– Как смел княгиню с детьми обидеть, тать?

Селиван глянул на Дмитрия, как на безнадежного идиота, и коротко процедил:

– Приказ.

Мишка придержал рукой своего старшину, явно собиравшегося вразумить пленного добротной затрещиной, и прошептал:

– Почему не повезли, куда уговорено?

– Почему не доставили княгиню, куда следовало, а потащили в другое место? – грозно вопросил Дмитрий.

– Боярин велел.

– Какой боярин? – Дмитрий снова не стал ждать Мишкиного вопроса.