Портной

Найдя тихий закоулочек, где никого не было, Кицум открыл гробик и осторожно толкнул безмятежно спавшую девочку. Та лениво засучила ножками, сладко потянулась и непонимающе хлопнула ресницами, как только разлепила глаза. Они оказались ярко-зелеными как фонарики.

– Ты кто?

Вопрос застал врасплох. Вообще-то задавать их здесь должна не она.

– Так что тентакли растопырил? Зовут-то тебя как? – малютка вопросительно изогнула бровь.

– Кицум. Кажется, я твой новый хозяин, – неуверенно представился он, гадая, что за чудовище ему подсунули.

– Значит, Самурайчик слился втихую… – мрачно констатировала она, полируя ноготки крохотной пилочкой. – Быстро месяц прошел. Не заметила.

Необычный для такой крохи сленг настораживал, но Кицум и так понял, что влип. Вопрос только в том, насколько серьезно.

– А почему…

Малышка улыбнулась и надвинула очки на глаза. Щеки поползли в стороны, и ротик разъехался от уха до уха, обнажив жуткую щель, полную острых зубов. Кицум рефлекторно отшатнулся и попятился.

Поздно – его пребольно тяпнули за неосторожно выставленное вперед щупальце.

Голову словно шандарахнуло молнией. В глазах потемнело, а на обратной стороне век тревожно замигала красная надпись: «Минус пятьдесят маны!».

Взревев от боли, Кицум закружился волчком, пытаясь стряхнуть с себя это исчадие ада. Но феечка и сама уже отпустила. Промокнув губки белым кружевным платочком, она тщательно вытерла кровь, потом аккуратно протерла очки и вернула их на обычное место.

– Еще не завтракала, – невозмутимо пояснила она, целомудренно поправив задравшийся подол платьица. – Так что хотел новый хозяин?

– Так ты чертова кровососка! – прорычал Кицум. Он вытянул щупальце в обвиняющем жесте, но тут же, опомнившись, торопливо втянул его обратно. К этой зубастой сучке лучше ничего не протягивать. – Пошла вон, мелкая дрянь!

– Фу-фу, как вульгарно! – возмутилась малютка, беспечно болтая ножками. – Я не вампир, а благородный праноед! Но ману приходится извлекать из кровеносных сосудов.

Итак: завтрак, обед и ужин четко по расписанию. Пятьдесят процентов за раз, округляю до пятерки в большую сторону. Кстати, предупреждаю сразу: избавиться от меня ты сможешь только через месяц. Если выживешь, конечно.

– Ах ты, кровожадная мерзость! Меня не предупредили! – яростно запротестовал Кицум и тут же заткнулся, увидев «внутренним взором» алую надпись:

«Репутация с Камеей понижена на девяносто шесть единиц.