Портной

Срок привязки объекта продлен на два дня!»

– Получил? Качать права потребителя будешь в эльфятнике, – злорадно прошипела феечка. – А тут вольный город. К тому же предупреждение было!

– Да? И какое же? – проскрипел зубами Кицум, пытаясь успокоиться, чтобы еще не продлить срок аренды.

– Форма моей спаленки! Чего ты еще ожидал от гробика?

В бессильной злобе Кицум сворачивал и разворачивал колечки из щупалец, понимая, что сам облажался. Эта злюка права. Погубила доверчивость и жадность к халяве, недостойная его темного лика.

На пути к абсолютному злу предстоит еще многому научиться.

– Я понял, прошу прощения, – смиренно пробормотал он, втайне надеясь откатить репутацию с кровососками на прежний уровень.

Ничего не произошло. Феечка молча сидела на гробике, походя на обычную, надувшуюся от обиды девочку. Кицум вздрогнул, вспомнив, как эти румяные щечки разъехались в стороны. Чудное зрелище: легкомысленное розовое платьице и прелестная детская головка, плотно набитая изнутри зубами.

Вот же угораздило вляпаться! Тварь ополовинила ману.

Причем продолжит отсасывать ее по три раза в день. Теперь только на нее и работать. Нечего сказать, здорово сэкономил. Как оказалось, и у духов могут быть свои «наездники». Эх, зря не купил цокотуху Дюббука. Сертифицированную и безопасную.

– Давай начнем сначала, – мягко предложил Кицум. – Тебя зовут Камея, правильно?

– Камея Илиясфиль фон Штраусс, – медленно и четко произнесла девочка. – И мне две тысячи лет, если что!

– А ведешь себя, как вредный ребенок! – не удержался Кицум.

– Мы есть то, что едим! – сверкнула глазами малышка. – А последнее время мне одни дебилы попадаются! Жаль, Самурайчика не доела…

– Хм-м… На этот раз тебе повезло. За следующий месяц твой интеллект поднимется до небывалых высот, – пообещал Кицум, едва не плача.

– Я как бы не против. Только не разочаруй ребенка, хозяин, – с сарказмом ответила феечка, прилежно расчесывая белые локоны. – Можешь звать меня Камеей. Или просто Ка. Правильно всё равно полное имя не выговоришь.

– Договорились, – обреченно кивнул он, смирившись с мыслью о месячном рабстве. – Вопрос первый: у меня есть нечто вроде сумки, куда я мог бы положить твой гробик?

– Подумай о ней и щелкни пальцами. Появится инвентарь на сто единиц веса и двадцать ячеек.

– Но у меня нет пальцев! – досадливо буркнул Кицум, подозревая, что над ним издеваются.

– Ну так назначь движение вызова. Щупальца там потри, или завяжи в узел, – ядовито предложила Ка.