Нерон. Родовое проклятие

Клавдий пока не прислал приглашение на гонки колесниц, но это его появление говорило о том, что он обо мне не забыл.

– Куда мы едем? – не утерпев, спросил я.

– Отправим п-призраков на вечный п-покой.

– Но где?

– Д-доверься мне. Разве я не г-говорил, что это с-сюрприз?

Силан тем временем оглядывался по сторонам, и явно не из праздного интереса к окружающей обстановке.

– Моей с-супруги здесь нет, – сказал Клавдий.

– Я вижу, – отозвался Силан.

– Надеюсь, т-ты не разочарован.

– Нет, меня это не расстраивает, хотя я всегда рад ее компании.

Клавдий хмыкнул, и карета тронулась с места.

* * *

Спустя несколько часов пути карета начала подниматься по довольно крутому склону холма. Когда добрались до вершины, я увидел, что она замыкается в большой круг, а в центре его сверкает на солнце озеро.

Круглое озеро… отражает небо… спокойная, неподвижная вода… И на воде два огромных корабля, напоминающие силуэтом гигантских скатов-хвостоколов.

Я схватился за подлокотники своего сиденья.

– Не бойся, сегодня они сгинут. – Клавдий мягко взял меня за руку.

И карета покатилась вниз.

Мы стояли на пристани, а перед нами плавали два монстра. Я снова увидел, но уже не при свете факелов, бронзовые головы кабанов и волков, которые указывали на место каждого гребца. Увидел и рубку из белого мрамора, которую в тот раз заливал лунный свет. Все, что преследовало меня в ночных кошмарах, теперь лишилось своей магической силы.

Яркий солнечный свет изгнал, выжег дотла мистику луны.

Клавдий поднял руку и приказал работникам, которых собрали на пристани:

– Разорить и утопить! З-заберите все ценное, затем ув-ведите в центр озера и затопите. – Он наклонился ко мне и взял за руки. – Сенат хочет осудить Калигулу на «проклятие памяти»[4 - Проклятие памяти (лат. damnatio memoriae) – посмертное наказание в Древнем Риме, в исполнение которого уничтожалось любое материальное свидетельство существования приговоренного и таким образом – память о нем.

]. Он был с-сумасшедшим и жестоким, я не м-могу позволить кому-то п-публично обесчестить м-моего кровного родственника. Н-но я могу сделать это сам. Его исключат из официальных с-списков, его статуи снесут, имя сотрут с м-монументов. Все с-свидетельства его безумия, р-расточительства и жестокости будут уничтожены. С-сегодня лунное затмение, и Диана не оскорбится: она н-не увидит, что мы с-сделаем.