Ночи дождей и звезд

Салон без конца наводняли и покидали старушки в черном, приветствуя других пассажиров; некоторые везли овощи, похоже, для рынка, а одна женщина зашла в автобус с двумя несушками. Какой-то молодой парнишка играл на бузуки.

Один раз автобус встал у придорожного святилища, украшенного статуей Богородицы. Святилище было обложено цветочными букетами.

– Это потрясающе, – сказал Томас. – Все это будто бы организовано центральными властями.

– Ага, или Греческим туристическим советом, – согласилась Эльза.

Помимо этого разговаривали мало. Вся компания погрузилась в тревожные мысли по поводу грядущего дня.

Эльза гадала, каковы шансы, что Дитер и его съемочная группа объявятся в этой крошечной деревне, где она рассчитывала спастись.

Фиона надеялась, что Шейн теперь чувствует себя гораздо спокойнее. Возможно, ей удастся убедить этого милого старика Андреаса замолвить словечко за Шейна, чтобы его пустили на похороны.

Томас думал, как ему попросить Вонни занять свободную спальню в ее собственной квартире вместо того кошмарного сарая.

Дэвид разглядывал детей, которые махали рукой уезжающему автобусу. Хотел бы он иметь братьев и сестер, чтобы те разделили с ним бремя наследования. Будь у него брат с дипломом бухгалтера, сестра, изучавшая юриспруденцию, и еще один брат, без академического образования, зато с желанием встроиться в отцовский бизнес прямо с шестнадцати лет и разобраться в этом досконально, тогда он, Дэвид, волен был бы поехать, например, в Калатриаду и обучиться гончарному ремеслу.

Вздыхая, он любовался холмами, засеянными оливковыми рощами. Но чувство вины не покидало его. Вчера вечером Фиона упомянула концепцию католической вины. Знала бы она, что такое чувство вины евреев!

Вонни давала детям уроки английского в большой комнате за сувенирной лавкой. Она предложила обучить их церковному гимну, чтобы те спели его на похоронах. Это могло бы стать небольшим утешением для англоговорящих родственников погибших, которые прибывали к месту трагедии на паромах все последние тридцать шесть часов.

Все нашли эту идею замечательной.

А еще это помогало детям развеяться, ненадолго отвлечься от горюющих семей. Соседи были благодарны Вонни – она помогала им многие годы, с тех пор как еще молодой девушкой приехала в Айя-Анну.