Одно темное окно

Три стука, затем четвертый и через мгновение пятый. Рэйвин подошел к двери. Я не заметила ярко-красного света, льющегося в замочную скважину, и не ожидала живости рубиново-красного оттенка Карты Косы, пока она не оказалась в комнате.

Принц Ринэлм Роуэн вошел в подвал, на его сапогах еще оставалась грязь, налипшая после охоты. Когда его глаза нашли меня, они сияли ярко-зеленым.

– А это еще кто такая?

– Элспет Спиндл, – объявила Джеспир.

– Дочь Эрика, – добавил Рэйвин, обменявшись с кузеном колким взглядом.

Принц оглядел меня. Он напоминал лиса, с его растрепанными рыжими волосами и яркими, умными глазами.

– Я Ринэлм, – представился он, прищурившись. – Но подойдет и просто Элм.

Я знала, кто он. Всегда знала. Ринэлм и его старший брат, Хаут, – принцы, сошедшие со страниц книги сказок. Красивые, умные, холостые. Только по версии книги сказок Кошмара они не просто любимые принцы королевства.

Они также его злодеи.

Согнув когти, Кошмар зарычал, наблюдая моими глазами за Элмом.

«Ягода рябины красная, неизменно красная.

Земля у ствола потемнела, будучи кровью застлана. Никогда не верь тому, кто владеет картой красной. – Его голос, сочась ядовитым туманом, заполнил мой разум. – Покой наступит, лишь когда жизнь последнего Роуэна погаснет».

Я боролась с дрожью, мышцы лица напряглись от холода, вызванного словами Кошмара. К Роуэнам он питал бездонную, мстительную ненависть. И я знала причину. Король Роуэн, как и его предшественники, использовал древнюю мудрость «Старой Книги Ольх», чтобы внушить страх – а не благоговение – перед магией.

Он исказил наш древний текст. Осквернил его так, что тот стал оружием контроля для управления Бландером – таким же, как Карта Косы.

Красная карта. Во всем королевстве их всего четыре. И Роуэны всегда присваивали их себе. С ней они обладали высшей силой убеждения. Три прикосновения до Косы, и ты сделаешь все, что попросит Роуэн. Если бы Элм попросил меня спрыгнуть на одной ноге с обрыва, я бы с радостью это сделала, но не потому, что Коса бы заставила мои ноги двигаться, а потому, что мне бы самой захотелось совершить прыжок.

Я уставилась на красный свет, бьющий из кармана Элма, не зная, кипит ли во мне враждебность Кошмара или моя собственная.

Элм выше и стройнее Рэйвина. Когда я встала, мне пришлось поднять подбородок, чтобы посмотреть ему в лицо.

– Рада познакомиться с вами, сир, – сказала я сквозь стиснутые зубы. – Я Элспет Спиндл.

Скромная улыбка тронула уголки губ Элма.