Оникромос

– Я понимаю твое раздражение, но ты взрослый человек и можешь взглянуть на все это холодным взглядом. Без эмоций…

– Черт побери. Зря я пришел. Говори, в чем дело, и давай закончим этот цирк.

– Я удивлен, что ты не можешь понять…

– Ой, хватит нести чушь. Я не понимаю, потому что я не ты и у меня в голове не укладывается, как можно было так обращаться с собственным сыном. К делу!

– Ну, хорошо, хорошо. Когда было принято решение о сносе старой больницы, я уже был директором Института и принимал участие в отборе заявленных на тендер проектов, сборе необходимой документации, а также в организации переезда пациентов в другое здание.

Год заняла подготовка, а потом работа закипела. Мы перевели больницу в три здания на окраине города и пригласили строительную бригаду, которая сровняла здание с землей и принялась разбирать завалы. Через месяц подрядчики приостановили все работы и вызвали нас на строительную площадку – меня и двух членов правления. Я неохотно отложил свою текущую работу, ведь в строительстве совершенно не разбираюсь, а в Институте было чем заняться. Однако инженер, руководивший стройкой, заявил, что работы возобновят только после нашего визита. При этом он сообщил только, что нам необходимо что-то увидеть и принять решение. Мы поехали. На месте оказалось, что старой больницы уже нет. Вся территория очищена, кроме угловой части здания, имевшей форму башни. Парень повел нас прямо туда, заставил надеть каски и раздал фонарики. Мы начали спускаться по винтовой лестнице. Я не знал, что там находился спуск, раньше он был замурован. Через пару минут мы добрались до пустой круглой комнаты. Инженер объяснил, что, по его оценкам, эта часть здания находилась ниже фундамента, поэтому они решили к ней присмотреться. Они пробили пол в подвале и обнаружили под ним какое-то большое помещение, похожее на старый каменный бункер глубиной около десяти метров. Мы стояли на его крыше. Я был раздражен и спросил инженера, не наткнулись ли мы на какой-нибудь исторический объект, так как боялся, что это может задержать или даже помешать дальнейшим работам. Инженер подтвердил, но тут же добавил, что имеется проблема посерьезнее. Я смотрел на него как на идиота. Я понятия не имел, что такое вообще может быть. И тогда парень сказал, что мы сами должны это увидеть, и сдвинул тяжелый деревянный настил, закрывавший пробитое в полу отверстие. Я заглянул внутрь и посветил фонариком. Бункер имел цилиндрическую форму.