Особое мнение

 – Вот это наш флот. Помнишь, как Уэст его выстроил? В тот день нашим флотом командовал выдающийся ум. Гений! Мы сдерживали их атаки двенадцать часов, и только после они наконец прорвали наши ряды, а ведь в штабах даже на это никто не рассчитывал!

Свирепо взмахнув тростью, Унгер начертил у ног еще линию.

– А вот это – флот воронья.

– Да, вижу, – пробормотал Уэст, наклонившись так, чтобы объективы нагрудных камер запечатлели неровные штрихи на щебенке и отослали изображения считывателю патрульного корабля, лениво кружившего в вышине – а уж оттуда они прямиком отправятся в штаб вооруженных сил, на Лунную базу.

Внезапно смутившись, Унгер взглянул на него с опаской.

– Я тебе не надоедаю, а? Старики – они поболтать, знаешь, любят… вот и я, бывает, докучаю людям, от дел их отвлекаю…

– Нет-нет, рассказывайте, – ничуть не кривя душой, откликнулся Уэст. – Рассказывайте, рисуйте… я вас внимательно слушаю.

Эвелин Каттер беспокойно расхаживала из угла в угол неярко освещенной комнаты – руки скрещены на груди, алые губы зло сжаты.

– Не понимаю я вас! – Приостановившись возле окна, она задернула плотные шторы. – Еще недавно вы готовы были прикончить В-Стивенса, а сейчас не желаете даже нейтрализовать Ле Марра. Вам же известно: Ле Марр знать не желает, что, собственно, происходит. Не любит Ганнета и потому разглагольствует о межпланетном научном сообществе, о нашем долге перед всем человечеством и прочей чуши в том же ключе.

– Возможно, Ле Марр прав, – вздохнул Паттерсон. – Мне Ганнет тоже несимпатичен.

– Они же погубят нас! – с огнем в глазах взорвалась Эллен, остановившись напротив. – Уничтожат! Воевать с ними нельзя: на победу ни шанса… но они-то об этом еще не знают! Ле Марра нужно нейтрализовать, хотя бы на время. Пока он разгуливает на свободе, вся планета в опасности. От сохранения секретности зависят три миллиарда жизней!

Паттерсон, помрачнев, призадумался.

– Полагаю, результатами утренних изысканий Уэста Ганнет с вами поделился?

Хозяйка квартиры устало потерла виски.

– Результаты не обнадеживают. Старик помнит ход каждого из сражений назубок, и все они нами проиграны… вернее, будут проиграны, – сообщила она, неуклюже собирая со стола опорожненные кофейные чашки. – Еще кофе будете?

Но Паттерсон, целиком поглощенный раздумьями, ее словно бы не услышал.