Особое мнение

– Насколько оно важно, известно всем, – продолжала она. – Стоит начаться войне, вся земная поверхность превратится в сплошные руины. Каждому, кто хочет выжить, придется много, усердно копать, не так ли? Полагаю, суслика, роющего землю под корнями деревьев, все видели хоть раз в жизни? Зачем ему это? Затем, что внизу, под землей, для него непременно отыщется нечто ценное, и суслик об этом знает. Вот и нам с началом войны предстоит превратиться в маленьких рыжих сусликов, а потому всем необходимо научиться копать, извлекать из-под развалин полезные, нужные вещи: ведь больше их взять будет неоткуда!

Майк Фостер, повесив голову, ковырнул пальцем злополучный нож, а миссис Каммингс, отойдя от него, двинулась вдоль прохода между рядами столов.

Двое-трое одноклассников, осклабившись, презрительно захихикали, однако Майк, целиком поглощенный собственным горем, этого не заметил. Умение копать ему не поможет. Не пригодится. Умрет он сразу же, как только поблизости разорвутся первые бомбы. И никакие прививки, никакие уколы, безжалостно вогнанные доктором в плечи, в бедра и в зад, не пригодятся тоже. Сколько карманных денег потрачено зря: ведь мертвому никакие бактерии уже не страшны! До смертоносных эпидемий он, Майк Фостер, попросту не доживет. Не доживет, если только не…

Вскочив, он догнал миссис Каммингс возле учительского стола и с мукой в голосе выпалил:

– Прошу вас… мне очень нужно уйти. Сделать кое-что нужно.

Миссис Каммингс устало, раздраженно поджала губы, но, оценив испуг во взгляде мальчишки, решила повременить с гневной отповедью.

– Что стряслось? – осведомилась она. – Тебе нездоровится?

Майк Фостер замер на месте, не в силах произнести ни слова. В классе оживились, захихикали, зашушукались, радуясь новому развлечению.

– Тихо! – прикрикнула на развеселившийся класс миссис Каммингс, постучав о стол ручкой, а с Майком заговорила чуть мягче: – Послушай, Майкл, если у тебя что-то не ладится, спустись в психологический кабинет.

Какой смысл работать в состоянии внутреннего конфликта? Мисс Гровс с радостью приведет тебя к оптимуму.

– Нет, дело не в том, – промямлил Фостер.

– Так в чем же?

Класс встрепенулся, загудел, наперебой отвечая за Фостера, лишившегося языка от унижения и жалости к себе самому:

– Его отец – антигот! У них и бункера своего нет, и к Гражданской Обороне он не приписан! Да что там бункер: его папаша даже взносов на ГАСО не платит! Так и живут!..