Отныне и навсегда

У него длинная борода и добрые глаза. – Вызвать тебе скорую?

– Нет, – отвечаю я достаточно громко. Это прогресс. – Правда, не надо. Не хочу тратить время в больнице, раз мне уже лучше. Извините за доставленные неудобства.

– Все нормально, друг, – заверяет меня Мо. – Пустяки. Мне как-то пришлось выпроводить мужчину, который удовлетворял себя перед картинами с обнаженными женщинами.

– Мы можем тебе чем-то помочь? – спрашивает Вита, присевшая рядом. Позади нее мерцают черно-белые экраны с изображениями выставочных залов.

– Вы уже мне очень помогли, – уверяю я ее.

Дверь открывается, тьму прорезает яркий луч света, и к нам заходит очень элегантная женщина.

– Что случилось? – встревоженно спрашивает она Виту.

– Уже все нормально. Бену просто стало нехорошо. Он подозревает, что перегрелся.

Женщина, видимо, начальница Виты, наклоняется, чтобы посмотреть на меня.

– Вы уверены, что вам не нужна медицинская помощь? – спрашивает она.

– Уверен, но все равно спасибо. Чувствую себя немного глупо.

– Вита, побудь с ним, пока это не пройдет, – говорит она. – Я отправлю кого-нибудь из кафетерия принести воды и чего-нибудь перекусить.

– Я тоже отойду ненадолго, – говорит Мо и закрывает дверь. Мы остаемся вдвоем.

– Спасибо, Вита, – шепчу я. – Сначала я заявляю, что могу умереть в любую секунду, а потом и впрямь оказываюсь на грани смерти. Обычно я не разыгрываю такую драму.

– Тебе не за что извиняться. Я рада, что была рядом и смогла помочь.

– Ты правда очень помогла. Мне, наверное, пора. – Мне отчаянно хочется уйти так, чтобы она, смотря мне вслед, видела обычного тридцатилетнего мужчину. – Со мной все будет в порядке.

– Я не могу оставить тебя в таком состоянии. – Вита мотает головой, в глазах читается упрямство.

– Я в норме, честно. – Потихоньку встаю. – Йоркширца какая-то головная боль не остановит.

– Но… – Она колеблется и опускает глаза, между бровями появляется небольшая складка.

– Мне пора, – повторяю я. – Со мной все хорошо. Прощай, Вита. Я очень рад, что мы встретились.

– Прощай, Бен.

Мы обнимаемся, Вита крепко сжимает меня, и на мгновение я ощущаю биение сердца под мягким теплом ее тела. Когда я отпускаю девушку, все вокруг воспринимается живее и острее, чувства обрушиваются на меня со скоростью цунами.

Я ухожу так быстро, как только могу.