Панцирь великана

– Я ухожу, дядя Антони, – сказала она, – приходите и вы поскорее; будет ссориться, попросите их отдать вам назад бедного гуся, и я снесу его на свой двор.

– Предоставьте мне поступать, как я знаю, – досадливо отвечать м-р Гомпедж. – Могу я вас попросить, м-р Лайтовлер, передать мне птицу через забор… когда вы окончите свою забаву.

– Эта птица так любит копаться в моем навозе, что я должен просить извинить меня, – сказал м-р Лайтовлер. – Если вы посвистите, то я попробую загнать её в дыру; но ей всегда легче пролезть в неё натощак, нежели наевшись, даже и тогда, когда она трезва.

Тут гусь наткнулся на цветной горшок, до половины зарытый в землю, и беспомощно покатился на землю, закрыв глаза.

– Ах, бедняжка! – вскричала Мабель, – она умирает.

– Видите вы это? – яростно спросил владелец птицы: – она умирает и вы отравили её, сэр; намоченный ядом хлеб был положен тут вами или по вашему приказанию… и, клянусь Богом, вы за это ответите.

– Я никогда не клал и не приказывал класть.

– Увидим, увидим, – сказал м-р Гомпедж: – мы об этом после поговорим.

– Слушайте же, пожалуйста, не забывайтесь, – заревел дядя Соломон: – будьте хладнокровнее.

– Да, будешь тут хладнокровным, как же! Пойти спокойно погулять в воскресный день и увидеть, что вашего гуся заманил в свой сад сосед и отравил его водкой!

– Заманил! это мне нравится! ваша птица так застенчива, неправда ли, что если её официально не пригласить, то сама она и дороги не найдёт? – подсмеивался м-р Лайтовлер.

Мабель уже убежала; Марк остался и уговаривал дядю уйти подобру-поздорову.

– Я так не оставлю этого дела, сэр; нет, не оставлю, – рычал м-р Гомпедж в ярости: – поверьте, оно принесёт вам мало чести, хотя вы и церковный староста.

– Не смейте поднимать этого вопроса здесь! – отпарировал дядюшка Соломон. – Не вам судить меня как церковного старосту, м-р Гомпедж, сэр; да, никак не вам.

– Не бывать вам больше церковным старостой.

– Говорят же вам, что я не трогал вашего гуся, а если я хочу поливать свой сад виски или водкой или шампанским, то неужто же я не властен этого сделать и должен заботиться о вашем глупом гусе; скажите пожалуйста, я не просил его приходить сюда и напиваться. Плевать я хотел на ваши иски, сэр. Можете судиться, сколько вам угодно.