Псыгыпский душитель

Однако он чувствовал нутром: что-то было не так.

Машинально поправив на поясе кобуру с табельным макаровым, Залихвацкий прошел через открытую калитку в запертых на цепь воротах и направился к двухэтажному зданию бывшей администрации турбазы. Под его каблуком хрустнула сухая ветка, и он настороженно замер на месте. Он вдруг понял, в чем было дело: на турбазе царила непривычная тишина. Ни звонкого женского смеха, ни мужского гогота, ни плеска воды в надувном бассейне за столовой, даже глухих тумканий африканских барабанов не было слышно в этот раз.

Лишь перестукивания неутомимых дятлов эхом путались где-то в мохнатых кронах сосен.

– Что затеяли эти торчки? – пробурчал Залихвацкий себе под нос.

Вопреки возникшему минутному страху, Залихвацкий не поддался панике. В конце концов, в учебке он не раз сходился в рукопашном бою с лютым капитаном Ломовым. Что ему после этого кучка обкуренных молокососов?

Залихвацкий уверенно двинулся дальше. Он разглядел на спортивной площадке какое-то шевеление и громко выкрикнул:

– Эй, ну где вы там все?

На его голос обернулось несколько девиц.

Они неслышно пошептались о чем-то и передали что-то другим, те – дальше. От группы отделилась одна из девушек и пошла навстречу Залихвацкому. Выглядела она старше остальных и вела себя более уверенно. Они встретились у края спортплощадки.

– Сева, привет, – сказала она. – Спасибо, что так быстро приехал.

– Мое почтение, королева. Рассказывай, что у вас тут стряслось?

– Ой, бедная девочка… Даже вспоминать страшно…

Нервное напряжение спало, и Залихвацкий оглядел всех присутствующих.

Большинство он видел впервые, но некоторые сиськи казались ему знакомыми. Из розовой массы тел его бегающий взгляд выхватывал то одни груди, то другие: то маленькие, то большие, то округлые, то плоские, то острые, то с родинкой под соском… Что-то знакомое было в этих сиськах с родинкой.

Залихвацкий поднял глаза и узнал их обладательницу. Это была фигуристая рыжеволосая фемина. Его прошлогоднее романтическое знакомство с этой пылкой особой было бы невозможно, если бы не очередная жалоба Ляпина на нудистов.

Вообще говоря, Залихвацкий был несказанно благодарен желчному старикану за его бесконечные жалобы, и поэтому всегда отписывался от его заявлений не грубо и коротко, как делал это обычно, а в деликатно-вежливой форме.

Залихвацкий непроизвольно улыбнулся и подмигнул девушке с родинкой. Та игриво улыбнулась ему в ответ и помахала одними лишь пальчиками.