Песня, призвавшая бурю

Это тоже было правдой, хотя… Что-то как будто не сходилось на этом месте преступления. Брызги крови в разных местах указывали на то, что ткач пытался сбежать. Но следов борьбы не было. Убийца явно превосходил старика по силе. Он будто играл со своей жертвой, но раны при этом говорили, что все произошло быстро. На полу столько отпечатков обуви, но почему-то нет следов ткача. А следы когтей…

Я осторожно присела с краю у лужи крови и приложила для сравнения свою свободную руку поверх глубоких, параллельно идущих порезов.

В свете масляной лампы заледеневшие раны жутко поблескивали. Едва ли не впервые в холоде было что-то хорошее. Без него вонь вырванных внутренностей была бы просто невыносимой.

– Вы с самого начала знали, что не я его убила, – трезво заметила я. Вакары, вне всякого сомнения, исследовали место преступления, прежде чем явиться на постоялый двор. Значит, он понимал, что следы указывают на более крупное существо.

– Конечно, – раздалось из темноты позади меня. В голосе Сира не было ни капли угрызений совести.

Вот же коварный мерзавец. Так легко мной манипулировал с самого начала. Это сильно задело мою гордость. Отныне действительно следовало быть начеку.

Я выпрямилась и с мрачным видом повернулась к Арезандеру.

– Это действительно очень похоже на кидха. Такие следы могут принадлежать фамлассу, пуме-тивверн, клинкам деревьев или… Возможно, даже вакару, – последнее замечание я просто не могла не сделать и с удовольствием отметила, как тут же сузились глаза Арезандера.

 – Но, – невозмутимо продолжила я, – вы ведь человека ищете.

Тут Сир уже очень удивился.

– С чего ты взяла?

Его удивление поразило уже меня. Ведь доказательства были вполне однозначными. Неужели он сделал из всего этого какой-то другой вывод? Или это очередная проверка?

– Фамласс не ограничился бы одной жертвой, – пояснила я. – Пума-тивверн, наоборот, не охотится так близко к жилым поселениям, и ее даже я бы учуяла. Клинки деревьев, пожалуй, могли бы устроить подобную кровавую баню, но почему они напали на старого ткача? Клинки ведь предпочитают детей, а их в деревне сколько угодно.

Арезандер внимательно слушал мои рассуждения. Пламя масляной лампы отражалось в его глазах, и возникало впечатление, что это они светятся и горят.

– А почему не вакар? – поинтересовался он.

Я пожала плечами.

– Вакар не потерял бы контроль до такой степени. Нет, вы ищете того, кто, похоже, очень постарался, чтобы все выглядело как атака кидха.