Плененная невинность

 – Не желаешь ли поразвлечься, дорогой?

В нем по привычке проснулось желание, но секс не входил в его планы еще с раннего утра понедельника, когда Карло, его помощник, сообщил ему печальную новость. Он помнил, как зажглась лампа, как Карло тихим голосом рассказал ему все, как было. Потом он лежал один на широкой постели, а вокруг него – пустота. Тара была рядом, уснувшая тяжелым сном под действием снотворных. Не женщина, а всего лишь тело. А он был один.

«Я больше никогда не займусь любовью с ней», – подумал Алексей.

Он взял ее за предплечье и мягко, но решительно развернул на сто восемьдесят градусов к двери.

– Уходи. Иди к ним на палубу. Не напивайся. – Он поднял газету со стола и протянул ей: – А вот это выкинь.

Тара была достаточно опытна, чтобы понять, что он охладел к ней.

– Дэнни был прав. Ты и впрямь бесчувственная сволочь.

Алексей понятия не имел, кто такой Дэнни, да и не желал этого знать. Он лишь хотел, чтобы Тара побыстрее ушла из помещения – и из его жизни. И чтобы люди покинули его корабль.

Ему хотелось вернуть то время, когда все было под контролем.

– И как ты ребенка-то растить будешь? – бросила Тара, выходя за дверь.

Алексей взглянул на побережье Флориды, простиравшееся за окном. Ему пора взяться за дело. Поговорить с Карло, пообщаться с людьми – и в первую очередь с Костей, двухлетним малышом. Но для этого ему нужно перелететь через Атлантику.

– «На лодке, сияющей, как изумруд, глянь, Кошка и Филин по морю плывут»[1 - Перевод Анатолия Яни.

Она уже давно пела ему, а до этого еще целых полчаса читала. Ее горло пересохло, а голос слегка охрип, но, видя его мирно спящим в колыбели, она подумала, что это того стоило. Она окинула спальню взглядом, проверяя, все ли на месте. Спальня была все тем же уютным гнездышком, но мир снаружи изменился. Для этого мальчика – навсегда.

На кухне, двумя этажами ниже, горел тусклый свет – Валерия, экономка Куликовых, оставила его включенным специально для Мэйзи.

На прошлой неделе Валерия очень помогла ей: когда пришли новости об автокатастрофе, Мэйзи собирала чемоданы, готовясь к отпуску, который должен был начаться со вторника. Она помнила, как, повесив трубку, еще целых десять минут сидела рядом с телефоном, не в силах думать. Потом она позвонила Валерии, и жизнь снова пришла в движение.