Пойдем играть к Адамсам

Несмотря на то, что это была колодезная вода с металлическим привкусом, она была прохладной, целебной и чистой. Приятное ощущение в горле частично стерло раздражение, и когда Дайана спросила, не хочет ли она хлопьев, Барбара снова просто кивнула и согласилась, чтобы ее кормили, как ребенка.

Чуть позже Барбара почувствовала, как напряжение в комнате снова начало возрастать. Мальчики практически излучали его. Пол снова взял в руки банку.

– Подождите минутку!

Они послушались.

– Сегодня вам больше не нужно засовывать мне в рот кляп.

Однако вместо того, чтобы снять напряжение, она, казалось, лишь усилила его. Даже Дайана с опаской посмотрела на Джона, который потянулся к подушке и потрогал ее.

– Все-таки это больно. – Барбара переводила взгляд с одного на другого. – Я не могу шевелить языком или глотать. Разве не можете придумать что-нибудь другое, без этой тряпки? Она весь день провела у меня во рту.

Дети казались непреклонными, и все же не пытались заставить ее замолчать.

– Разве вы не можете завязать мне чем-нибудь рот или просто заклеить его скотчем, коли на то пошло?

– А, ты видела это в старых фильмах, – сказал Пол, подергиваясь. – Через такой кляп ты сможешь говорить, а скотч можешь отклеить с помощью слюны.

– Да, с помощью слюны, – подтвердила Дайана.

– Откуда вы знаете?

– Он прав, – сказал у нее из-за спины Джон.

Барбара опустила голову и глубоко вздохнула. Возможно, они правы.

– Ладно, но вы же еще не готовы идти купаться. Не могли бы вы хотя бы на пару минут оставить меня в покое? – Она подняла голову и попыталась оглянуться через плечо. – Ну же, Джон.

Тот обиженно вздохнул.

– Ладно. На пару минут.

Однако поговорить Барбаре было не с кем. Все они вышли из комнаты, чтобы переодеться в купальные костюмы, а когда вернулись, то были полны решимости.

– Спасибо, – с горечью в голосе сказала она и открыла рот.

Дальше – ничего, только скотч, оцепенение, неподвижность и тишина.

С радостным гиканьем дети выскочили из дома и направились к реке, оставив Дайану первой караулить пленницу. Барбара несколько раз пыталась издавать звуки и привлечь ее внимание, но тщетно. Уши и щеки Барбары горели огнем от злости и унижения. Ее игнорировали.

Дайана беззаботно свернулась калачиком на кровати у Барбары за спиной и стала читать.