Потерянный рай

Между тем Сатана спускается на обнаженную выпуклость крайней границы нашего мира; странствуя, он прежде всего находит место, некогда называвшееся краем Суеты; описание лиц и вещей, которые туда прилетают. Затем он приходит к вратам Неба; описываются восхождение его по ступеням и воды, которые протекают тут, в Небесах. Он переходит затем в пределы солнца и находит там Уриила, правителя этой страны, но принимает перед ним образ младшего Ангела; выражая ревностное желание видеть вновь созданный мир и человека, которого Бог там поселил, он осведомляется о месте обитания человека и получает указание.

Хвала Тебе, перворожденный Неба,

Его высокий отпрыск, свет святой!

Достойно ль будет, если назову я

Тебя совечным Вечного лучом?

Ведь Бог есть свет; во свете несравненном

От вечности в Тебе Он пребывал;

Ты излиянье светлое от светлой

Несотворенной сущности! Быть может,

Тебя скорее должен я назвать

Потоком ясным чистого эфира, —

И кто укажет нам источник Твой?

Ты прежде солнца был и прежде неба;

По зову Бога ризой Ты одел

Новорожденный мир, когда возник он

Из темных вод и бездны бесконечной,

Из пустоты бесформенных пучин.

К Тебе я вновь смелее возвращаюсь,

Покинув глубь Стигийскую, где долго

Я пребывал, откуда я летел,

Сквозь крайний мрак и средний воспаряя, —

Летел с иною песнью, чем Орфей[68 - Орфей – фракийский певец, который звуками своей лиры укрощал диких зверей; он сопровождал аргонавтов в их плавании; когда его супруга Эвридика умерла, он сошел в Ад и там пением так растрогал царицу подземного мира Персефону, что она позволила ему увести жену обратно на землю с условием не оглядываться назад, но Орфей не выдержал, и Эвридика осталась в Аду.

Я о Хаосе пел и вечной Ночи,

Небесной Музой научен сойти

В глубокий мрак и вознестись оттуда,

Хоть труден был и редок этот путь.