Похвали меня

На меня тотчас накатывается волна разочарования, но я быстро отгоняю ее от себя.

Оставив его с другими мужчинами, я пересекаю открытое пространство, перешагиваю через балки и инструменты, и стук моих каблуков эхом отзывается при каждом шаге. Эмерсон ничего не говорит. Шагаю по коридору, ведущему в дальнюю часть здания. Думаю, что иду правильным путем.

Коридор широкий, с дверьми по обеим сторонам и большими окнами. Проходя мимо комнат, каждая размером со спальню, я заглядываю внутрь, но они пусты. Ловлю себя на том, что у меня сдают нервы.

Неужели люди будут заходить в эти комнаты и…

Заглянув еще в одну, я замираю. Стены выкрашены в темно-красный цвет, а в центре стоит большое кресло на помосте. Его красное бархатное сиденье обрамляет причудливая позолоченная резьба.

– Это… – вырывается у меня вслух.

Теплый голос, явно не принадлежащий Эмерсону, заканчивает мое предложение.

– Трон, – прямо отвечает Гаррет, подходя ко мне сзади.

Я быстро оборачиваюсь и смотрю на него.

На лице мужчины лукавая усмешка, как будто он предлагает мне войти внутрь. Я оглядываю коридор в поисках Эмерсона, но его нет. Он не последовал за мной и, наверное, все еще разговаривает с командой в главной комнате, поэтому я принимаю предложение Гаррета и неуверенно вхожу в комнату.

– Почему трон? – спрашиваю я. Это кажется немного странным для секс-клуба. Это ведь не ярмарка эпохи Возрождения.

– Почему бы и нет? – небрежно отвечает он, как будто это очевидно.

Я снова нервно сглатываю.

Кресло гигантское, а платформа, на которой оно стоит, имеет мягкие края и достаточно места для… движения. Я чувствую, как Гаррет наклоняется ближе, его теплое дыхание касается моего уха.

– Попробуй, – шепчет он.

– Я? Нет. Я не любительница восседать на троне.

– Откуда ты знаешь, если никогда не пробовала?

Я задумываюсь и смотрю на него. Он явно меня подначивает. Я же не могу определить, нравится ли мне Гаррет или же он мне противен. Но я не привыкла уклоняться от вызовов.

– Ну, давай, – продолжает он. Его рука мягко лежит на моей спине, и он подталкивает меня к креслу.

– В чем вообще смысл? – спрашиваю я, уступая.

Прохожу через всю комнату, поднимаюсь на ступеньку и трогаю золотые подлокотники широкого кресла. Первое, что приходит мне в голову: этот трон для королей, знатных особ, монархов и господ. Но, по мере того как мои пальцы скользят по желобкам и выступам резьбы, я корректирую ход своих мыслей.