Прах человеческий

Годится? – сказал я и сунул смотрителю хурасам за труды.

Золотая монета ярко блеснула в свете факела и Валкиной светосферы.

Смотритель разинул рот. Приняв вознаграждение, он припал на колено, чтобы поцеловать мою трехпалую руку. Мне приходилось примерять на себя шкуру помойной крысы в Боросево, и я понимал, что для простого человека одна такая монета – богатство. Для того, кем я стал, она была практически безделушкой. Монеты в Империи использовались в мелком товарообмене, масштабами многократно уступающем межзвездной коммерции.

Но для Каффу это было целое состояние.

Через секунду он поднялся и помчался с факелом в недра бывшего аббатства, в погреба, где сто семь долгих лет дремали генераторы.

– Значит, это ваше жилище? – спросил Олива, когда смотритель скрылся.

Он подтянул мандору повыше и вошел внутрь, сминая ногами ворс на широком джаддианском ковре. Его темные глаза осмотрели холл, высокие потолочные своды, полукруглые арки, искусные резные балки и круглые окна.

– Это же… бывший сид-артурианский фордгрон? – уточнил он, вспомнив правильное название монастырей этого синкретического культа.

– Верно, – ответил я, подойдя к опоре у основания балюстрады.

Положив руку на мрамор, я пробежался взглядом по большой лестнице до участка, где она разветвлялась, огибая справа и слева балкон.

– Девятое тысячелетие, – пояснил я. – Монахи-воины были первыми, кто поселился на Нессе до его аннексирования. Когда сюда пришла Империя, Капелла… гм, ликвидировала культ и разграбила монастырь.

Они уничтожили почти все иконы, но не тронули резьбу, видите? – Я указал на тяжелые балки и арки, поддерживавшие высокий свод; на каждой были вырезаны громадные первобытные змеи. – Дерево привозное. Когда строили монастырь, деревьев на Нессе не было.

– А как же дерево Мерлина? – спросил Олива.

– Боюсь, его срубили.

Я пристально посмотрел на Оливу. Неужели я его недооценил?

Олива покачал головой и восхищенно присвистнул.

– Должно быть, доставка стоила баснословных денег, – сказал он.

 – Вы знаете, сколько консорциум дерет за импорт древесины? Это, кстати, что? Кедр?

Я ответил, что не знаю.

– Просто я подумал… – Он обвел рукой холл. – Все эти арки и круглые окна – классический сид-артурианский стиль.

– Коммандер, я и не знал, что вы историк.

Олива пожал плечами, зацепившись взглядом за драконьи фигуры на балках, с которых свешивались безжизненные люстры.

– Куда отправить людей? – спросил он, отведя взгляд.