Принцесса Трои

– Похоже, я не могу даровать тебе способность видеть будущее, не даровав ее также и твоему близнецу. Ты не возражаешь?

Мне было жаль Деифоба, соперника Гелена, потому что мой брат наверняка стал бы использовать прорицание против него. И все же я отрицательно покачала головой. Я бы уравновесила проказы Гелена своей силой.

Аполлон велел мне лечь на скамью, затем провел рукой у меня над головой. Вокруг собралось облако блестящих пылинок. Я чуть не задохнулась, когда крошечные осколки будущего хлынули мне в рот.

Они забили мне ноздри. Они стучали у меня в ушах. Я захлебнулась, затем глубоко вздохнула, и они защекотали мне горло.

Они растворились где-то глубоко во мне. К воспоминаниям о прошлом присоединились видения будущего.

Я могла изучить их позже, но бог ждал. Открыв глаза, я села, чувствуя себя немного лучше, и неуверенно ему улыбнулась.

Он придвинулся ближе, так близко, что я почувствовала запах гвоздичного масла на его коже. Он приподнял мой подбородок. Его лицо – нестареющий, неизменный лик бога – приблизилось к моему! Я почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.

Он поцеловал меня в губы.

Ай! Сглотнув подступившую желчь, я отодвинула – нет, оттолкнула! – его.

Лицо Аполлона покраснело.

– Так ты со мной поступаешь? – он встал.

Я упала на скамью. Я разгневала бога. И была так глупа, что приняла его слова о любви за простой символ заботы.

Сквозь страх, гулом отдававшийся в ушах, я услышала его слова:

– Я вернусь завтра.

Не оскорбляй меня снова.

3

Как только он ушел, будущее развернулось передо мной, точно рулон ткани, летящий вниз по неровному склону, – вперед, вперед, пауза, вперед, пауза. Все дальше и дальше. Смазанные обрывки видений, затем образ молодого человека, похожего на отца, который сидел на клинии[5 - Клиния – в Древней Греции аналог ложа или дивана, которым пользовались во время трапез и бесед.] в пещере с медными стенами. Снова размытые, проносящиеся мимо сцены. Остановка.

Корабли с поднятыми парусами, заполнившие нашу гавань. Как красиво!

В темноте под веками все расцвело алым. Поднялся шум: стук копыт, боевые кличи, вопли. Нет!

Передо мной спешно развернулись бесконечные полотна ткани, заполненные хаосом битвы. Затем вспыхнула и сама материя. Я увидела своего возлюбленного брата Гектора, скорчившегося на земле за стенами Трои. Из груди его торчало копье, и я поняла, что он мертв. Нет!

Я содрогнулась от рыданий.