Проблеск реальности / The Glimpse of Reality

Вот-вот-вот, уже намного лучше. Обними меня за плечи, и скажи все мне на ушко. Да не смущайся, дочка, я просто старый мешок с костями. Скриплю весь, разваливаюсь. (Он пожимает плечами, его четки звякают). Вот так вот они и дребезжат, мои кости. Ах, святая Варвара, святая Варвара, когда уже ты приберешь мою грешную душу.

ДЕВУШКА. Все-таки я не пойму, в своем вы уме или нет. Послушайте. Сейчас вы слышите?

МОНАХ. Да, да, да. Слышу, слышу, все я слышу. Но даже если б и не слышал. Главное, что я могу отпустить вам грехи.

А так тебе же и лучше, если я не расслышу чего-то самого страшного. Вот что, дитя мое, если мой разум вдруг помутится, возьми меня за мою вечно юную руку, и святая Варвара мигом приведет меня в чувство. (Она энергично сжимает его руку). Вот так, вот та-а-а-ак. Хорошо. Вот, я уже вспомнил, кто я и кто ты. Продолжай же, дитя мое.

ДЕВУШКА. Отец, в этом году я выхожу замуж за молодого рыбака.

МОНАХ. Ну ты и дьяволица, милая моя.

ДЕВУШКА (сжимая его руку). Ах отче, кажется, вы снова куда-то отъехали.

МОНАХ. Я отъехал, а ты знай сжимай мою руку, и тогда все будет хорошо. Да, вижу, вижу, понимаю тебя. Рыбак этот твой не храбрец и не красавец, но что-то в нем есть, правильно?

ДЕВУШКА. Ах, откуда вы это знаете? Вы встречали его?

МОНАХ. Нет, нет, конечно, нет, не встречал, не встречал, не встречал ни разу. Видишь ли, я уже не в том возрасте, чтобы помнить всех, кого я встречал. Все, что я о нем знаю, мне сообщила святая Варвара.

ДЕВУШКА. Тогда вам должно быть известно, почему мы не можем быть вместе.

МОНАХ. Он слишком беден. Его мать настаивает, чтобы он нашел невесту с приданым.

ДЕВУШКА (порывисто перебивая его). О господи, да, да, все так и есть! Благословенна будь святая Варвара за то, что послала вас! Тридцать флоринов! Для такой бедной девушки, как я, тридцать флориерв – целое состояние. А, как всем известно, за каждым состоянием стоят грех и преступление. Вот и мне придется согрешить, чтобы заработать эти деньги.

МОНАХ.

Но это будет не твой грех, а грех его матери.

ДЕВУШКА. Да вы что? Я и не думала об этом. Ей придется сильно страдать?

МОНАХ. Прилично, дочка, тысяча лет в чистилище – это самый минимум. Чем страшнее грех, тем дольше страдание! Да уж, ей придется жарковато! (Девушка отшатывается). Не отпускай мою руку, дочка, а то я отвлекаюсь. (Она снова хватает его руку). Вот так лучше, милая моя. Грех – это страшная, страшная вещь, дочка. Даже если это грех свекрови.