Прогони мою печаль

Разве не лучше перейти к упражнениям на растяжку или чему-то подобному? Время не терпит, скоро у меня важная игра.

Грант потряс ногой и размял мышцы.

– Гибкость не появляется мгновенно. Это длительный процесс. Не стоит ожидать, что после первого занятия у станка вы станете гибким, словно змея.

– Хотелось бы обойтись без травм, но, если покажете мне, как закидываете ступню за голову, буду рад.

– Здесь не Цирк дю Солей.

– Жаль. Может показаться странным, но я пришел не развлекаться. Мне необходимо как можно скорее привести в порядок подколенное сухожилие и приступить к полноценным тренировкам.

Жасмин не могла позволить, чтобы последнее слово оставалось за ним. Разумеется, она заинтересована, чтобы Грант брал у нее уроки, но терпеть его издевки не намерена.

– Прошу учесть, и я здесь не для того, чтобы вас развлекать.

– Вот если бы вы расслабились, занятия стали бы куда приятнее.

Она резко выдохнула, приказывая себе молчать, и покосилась на часы. 8:00. Проведенный вместе час был вполне плодотворным, хотя, скорее, и самым никудышным уроком из всех, что она дала в жизни.

– Пора заканчивать?

Услышав вопрос, она вновь была вынуждена сделать над собой усилие, чтобы сдержаться. Больше всего хотелось врезать ему по физиономии. Грант приподнял брови, будто повторяя вопрос.

Ей придется терпеть его два раза в неделю на протяжении шести ближайших месяцев. Не лучший способ провести свободное время вечером, никакого восторга в душе.

– На сегодня все.

– Похоже, вы с удовольствием от меня избавитесь.

Грант подался вперед, и тень от его плеч накрыла ее собственную.

– Продолжительность занятия один час, мистер Фарли. Если вам требуется больше, надо переговорить с хозяйкой студии.

– Мне и часа много, мисс Белл, – скривился он и взъерошил рукой светлые волнистые волосы.

Как назло, он чертовски красив! Жасмин отправилась в комнату отдыха. Грант последовал за ней, к сожалению, слишком близко, чтобы она могла оставаться спокойной. До нее долетел аромат его лосьона, вызывая неуместные мысли, хотя их и нельзя назвать неприятными. На мгновение закрыв глаза, Жасмин прогнала так некстати возникшее желание.

Грант Фарли не был красив в традиционном смысле, но в его грубоватом облике было определенное очарование.