Прыжок в неизвестное

Станислав Демба помнил только Алису и тайного советника Фюкселя. Все остальное он забыл.

– Так запишите же адрес! – приказала фрейлейн.

– У меня нет ни карандаша, ни бумаги, – сказал Демба и раздраженно нахмурился.

Фрейлейн достала из сумочки карандаш и вырвала листок из записной книжки.

– Вот! Запишите!

– Я не могу, – сказал Станислав Демба.

– Не можете? – изумилась фрейлейн.

– Нет, я, к сожалению, неграмотен. Я не умею писать.

– Бросьте шутить!

– Это не шутка. Это известный статистический факт, что одна десятитысячная часть населения города Вены состоит из безграмотных.

Среди этой одной десятитысячной нахожусь я.

– И вы хотите, чтобы я этому поверила?

– Разумеется, фрейлейн! Вы сегодня имеете честь… – Станислав Демба умолк. Ветер сорвал у него шляпу с головы и погнал ее через песчаную аллею в траву. Демба вскочил и сделал несколько шагов по направлению к шляпе. Вдруг он остановился, медленно повернулся и пошел обратно к своему месту.

– Там она лежит, – пробормотал он, – а я не могу ее поднять.

– Какой вы смешной! – рассмеялась фрейлейн. – Вы, может быть, боитесь сторожа?

– Если вы мне не поможете, она останется в траве.

– Но почему же?

Станислав Демба глубоко вздохнул.

– Потому что я калека, – сказал он беззвучным голосом. – Приходится сказать правду, у меня нет рук.

Фрейлейн посмотрела на него в ужасе и не проронила ни звука.

– Да, – продолжал Демба, – я потерял обе руки. – Фрейлейн безмолвно пошла за шляпой и вернулась.

– Наденьте ее мне на голову, пожалуйста.

К несчастью, я не могу обходиться без посторонней помощи. Вот так, благодарю вас. Я был инженером, – продолжал Демба, снова садясь. – Демба, инженер мукомольной фабрики «Эврика». Простите, что не представился сразу. Вы знаете фабрику «Эврика»? Нет? Печение хлеба. Излюбленный ржаной хлеб Газенмайера. Вы никогда не слышали о нем?

– Нет, – прошептала фрейлейн и закрыла глаза.

Теперь ей многое стало понятно в поведении соседа. Она поняла, отчего он раньше не поднял ее зонтика, бедняга, и отчего отказывался записать адрес.

– Это со мною случилось на паровой мельнице. Я обеими руками попал в маховик. Как-то в пя… Нет, это даже не в пятницу случилось, а в самый обыкновенный четверг, двенадцатого октября.

Неистовый страх охватил вдруг фрейлейн: как бы ему не пришла в голову мысль показать ей свои изуродованные руки. Две короткие, кровоподтечные культяпки… Нет! Она не могла думать об этом. Мороз пробежал у нее по спине.