Маг воздуха. Альянс

Простое на вид плетение оказалось гораздо сложнее, чем выглядело поначалу. Незримые линии постоянно расплывались и не хотели сходиться в единую структуру. Лишь за час до рассвета вайлер смог создать что-то похожее на схему – крохотную черную сеть. По задумке, она должна оплетать защиту оппонента и применять его энергию против него.

У вайлера возникло сразу две проблемы: несмотря на успех, он не мог поручиться, что справится с плетением на дуэли. Пусть Леар и предоставил право первого удара, он явно не станет ждать больше нескольких секунд.

Вдобавок, несмотря на пометку «нейтральное», от заклинания разило тьмой. Любой маг опознает запретную школу.

«Придется сражаться без наблюдателей, по крайней мере с даром. И убить его. Плохо, это еще больше осложнит отношения с гильдией».

Все же Грей надеялся, что воздух испугается потери ценного рынка и первым протянет ветвь мира. Убийство магистра зимнего пера ставило крест на задумке.

– Пора. Нельзя опаздывать на дуэль. – Роза тоже не смыкала глаз.

Она или злобно ворочалась, или молча наблюдала за попытками Грея. На лбу появились морщины. Хоть лисица и не была магессой, она прекрасно видела, что все оказалось не так просто, как описывал вайлер.

– Только умоюсь. Приходить несвежим на собственную казнь признак дурного тона. – Грей перехватил брошенную в него подушку и отправил ее назад в лисицу. Настроение немного приподнялось. Кровь привычно закипела, как при их играх, и неосознанно он перешел в зверолюдскую форму.

Остатки концентрации канули в лету. – Вашу мать…

Грей быстро прошел в ванную, не желая лишний раз тревожить Розу. Он захлопнул за собой дверь и оперся на раковину, уставившись на отражение в зеркале. Желтизна из глаз медленно сменялась краснотой – сказывалась бессонная ночь, истощенные до предела нервы и общая усталость. Лис был измотан, ему бы поспать седмицу, но государственные дела не требовали отлагательств.

«Может, погибнуть в бою не так уж и плохо. Не придется спасать неблагодарный мир».

Он невесело улыбнулся. Звериная кровь, проклятье, о котором он никогда не просил. Чем чаще перевертыш обращался ко второму облику, тем сильнее становились неэльфийские привычки. Он принял вызов по многим причинам, и не последнюю роль играла дикая сущность. Зверь менял его натуру, делал более неосмотрительным, вспыльчивым… свободным?

Глаза ярко вспыхнули желтым. Когти непроизвольно удлинились, отросший хвост зажил собственной жизнью.