Родная страна

Она медленно двигалась прочь, переступая через людей, и вскоре растворилась в дымке над горизонтом.

Энджи стиснула мне руку:

– Что с тобой?

Я покачал головой и вместо ответа тоже сжал ей руку. Не собирался ей рассказывать, что передо мной только что промелькнуло самое страшное чудовище пустыни. Даже если это и вправду Джонстон, что с того? На Burning Man может приехать кто угодно: пионеры компьютерных программ, беглецы, поэты, даже вот я. И ни в каких правилах не написано, что военным преступникам вход запрещен.

– Ничего, – еле выдавил я и обвел взглядом толпу. Джонстон исчезла. Я обернулся к горящему храму и попытался вновь обрести утраченный покой.

* * *

К моменту, когда храм догорел, я уже почти убедил себя, что Джонстон мне примерещилась. Как-никак стояла ночь, и тьму разгоняли только хаотичные сполохи исполинского пожара. Лицо женщины было отчасти скрыто за видеокамерой. И видел я ее снизу, сидя на земле. В тот вечер меня посетили все призраки минувших лет, среди пляшущих языков пламени вставали лица друзей – ушедших, обманутых, спасенных.

Ее лицо я видел лишь мгновение. Каковы шансы на то, что Кэрри Джонстон вдруг явится на фестиваль? Все равно что увидеть гунна Аттилу на уроке йоги. Или Дарта Вейдера с мячиком в парке. Или Мегатрона – волонтером в детской больнице. Или Лунную пони, празднующую день рождения в кафе.

Придумывая эти аналогии – и другие, гораздо более глупые, которые я не посмею вам рассказывать, – я понемногу успокоился. Мы с Энджи вместе с толпой медленно брели прочь от горящего храма.

Процессия была тихая и печальная.

– Завтра домой, – сказал я.

– Исход, – подтвердила Энджи. Так называлось это событие на Burning Man, и оно обещало эпический размах – колонна из тысяч автомобилей и домов на колесах будет выезжать каждый час небольшими порциями, чтобы избежать заторов, и растянется на много миль. Мы договорились ехать вместе с Лемми, моим знакомым по Нойзбриджу, сан-францисскому хакерскому пространству, точнее сказать, технологическому клубу, где я частенько бываю.

Мы с ним не очень хорошо знакомы, но знаем, где стоит его лагерь, и договорились, что в семь часов утра придем с вещами к его машине и поможем упаковаться. Встать в такую рань будет нелегко, но у меня есть секретное оружие, которое и составило мой вклад в фестивальную экономику подарков, – кофе холодной заварки.

Вы наверняка пили горячий кофе, и в руках опытного мастера этот напиток имеет изумительный вкус.