Саксонская трилогия (сборник)

Но однажды наглые замыслы его рухнут, ибо он не рассчитает своих сил. Зачем нам навлекать на себя позор, для того лишь, чтобы ускорить то, что и так неминуемо, неотвратимо? Не лучше ли набраться терпения, чтобы потом воспользоваться плодами чужих побед? Карл XII весь раздулся от спеси, ему кланяется вся перепуганная Европа, эту спесь надо в нем разжигать, пока он не лопнет, наткнувшись где-нибудь на стену.

– А тем временем Саксония… Ваше величество!

– О! Народ все вытерпит! Несомненно! – воскликнул Август.

 – Народ, генерал, что трава, скот ее вытопчет, а она на другой год еще буйней растет.

– Но это ведь люди! – сказал Шуленбург.

– Чернь, – возразил король, – кто принимает в расчет массы, толпу?

Наступило молчание, генерал откланялся. Но на пороге король остановил его.

– Ты с кем-нибудь об этом говорил? – спросил он.

– Мои офицеры первые подали эту мысль, – прошептал Шуленбург, – я знаю, что ее горячо разделяет Флемминг, он тоже придерживается мнения, что против вероломного захватчика все средства хороши.

– Значит, все знают? – с беспокойством спросил король.

– От меня? Никто, – ответил серьезным тоном генерал. – От других – возможно.

– Ради бога, прикажите молчать! Ни слова об этом!

Генерал откланялся еще раз, король в раздумье опустился на стул.

После выдачи Паткуля столь благородный жест выглядел, по меньшей мере, странно.

11

Дерзкие разъезды Карла XII по стране не только у Шуленбурга вызвали желание захватить его и отомстить за разорение страны.

Не говоря о Флемминге, графиня Козель, бесстрашная, смелая, мстительная, пестовала втихомолку эту мысль и готовила тайный заговор. В нем принимал участие весь ее связанный клятвой двор. Это она через офицеров, произведших тайный осмотр квартиры Карла XII и выследивших, что он часто отлучается в сопровождении всего нескольких верховых, подала Шуленбургу такую идею. Она не делилась своими планами с королем, заранее зная, что он на столь смелый шаг не решится. Мстительная женщина шла дальше других заговорщиков, она требовала, чтобы схваченного Карла тотчас убили. Мысль эта засела в ней, мучила ее, не давала покоя.

Но напрасно Анна намекала и как бы случайно пыталась выведать мнение короля, Август не желал даже разговаривать на эту тему. Приходилось действовать за его спиной. Враждебно настроенный к графине, но отважный Флемминг сделался ее союзником, горячо поддерживал ее и Шуленбург, собираясь осуществить заговор с помощью своей конницы.